ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сила духа и врожденная упертость против мира магии и меча. Яркий, безжалостный мир древних рас. Средневековые войны и суровый быт, и наш современник, ценящий свою скромную и спокойную жизнь. Реально л... Путь меча Владислав Шубин © Владислав Шубин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 – Светлые боги, услышьте мою молитву. Спасите неразумное дитя свое, – забормотал давно забытые молитвы старик. Раздался ещё один стон, громче и страшнее предыдущего. Бросив скомканный невод и вставив окоченевшими руками весла в уключины, Ульмо перерезал веревку, удерживающую утлое судёнышко на месте. Сил и тем более желания вытаскивать якорный камень из воды не было. Бормоча молитвы и вразнобой хлопая по воде веслами, старик спешно направил лодку подальше от берега. Отплыв от скалы на безопасное расстояние и поставив парус, старик всю дорогу до порта грязно ругался, поминая нехорошими словами жену и свою глупость. В то самое время, когда старый Ульмо только закидывал свой невод, на утесе, далеко выдающемся в море, скрытые от нечаянных взоров остатками поросших диким плющом построек, стояли два человека. Первый – невысокий плотный крепыш – был одет в тунику практикующего подмастерья общей магии. С самодовольным выражением лица он выполнял какие-то сложные манипуляции с горящим у его ног огнем призрачно-зеленого цвета. От его действий пламя то стелилось по земле, то взмывало на высоту человеческого роста, бросая свой зловещий отсвет на поверхность воды. Сам огонь, попирая основы природы, горел прямо из темного плоского камня, по самую макушку утопающего в поросшей травой земле. У ног магика расположился ряд мрачных ритуальных принадлежностей: кроваво-красный камень, с кулак ребенка величиной, похожий на рубин, с изъяном – в виде мутной дымки внутри; чашка с синей, неприятного вида жидкостью, и замыкал треугольник – трехгранный прямой нож, с обломанным посередине лезвием. За спиной занятого

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Помост соседней башни удерживала тройка гномов, еще пара с арбалетами не давала кочевникам свободно выходить из башни. Однако малый рост сыграл здесь с подгорными жителями злую шутку: помост был выше площадки стены, и поэтому гномам большую часть времени приходилось держать щиты над головой. Выйти на помост им не позволял плотный обстрел из лука. Каффидцы же пытались выдавить гномов копьями дальше края стены, прикрываясь ростовыми щитами.

Федор удивился запредельной мощи коренастых бородачей, они сдерживали вдвое больший напор людей и потихоньку разбивали дерево помоста. Главное, чтобы к кочевникам не подоспело подкрепление с метательным оружием или луками.

Орки же на другом конце стены напротив не испытывали никаких затруднений, яростный рев этих громил слышался уже где-то в глубине передвижной башни слева, только один из их собратьев, на всякий случай оставленный на стене, нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

Пробившийся сквозь завал кочевник с ходу метнул в Мальцева легкое копьецо и с диким криком улетел вниз вслед за своей деревяшкой. Парень усмехнулся, копье он отбил легко, а вот желтокожий воитель упал сам, поскользнувшись в луже крови. Следующая парочка была более осмотрительна, разрядив перед атакой арбалеты.

От болтов пришлось уклоняться со всей возможной скоростью, испытывать магический щит на таком расстоянии не хотелось, вдруг не выдержит. Попеняв себе на невнимательность, Федор вернул любезность двумя метательными ножами, удовлетворенно отметив точное попадание.

Следующие несколько минут не блистали разнообразием, он колол, отбивал, уклонялся и выживал. Ускоренное восприятие и усвоенные навыки позволяли уверенно балансировать на краю жизни и смерти. Стоящие за ним ополченцы старались не мешать ему и по мере сил вносили свой вклад в уменьшение количества кочевников, выцеливая их из арбалетов.

Между тем, потери обороняющихся тоже были значительны, все-таки численный перевес был на стороне каффидцев. Стена на видимом пространстве уже была вперемешку усеяна телами, защитники не успевали скидывать зацепы лестниц, и то там, то здесь на стену прорывались вражеские воины. Так и случилось в месте, где оборону держали гномы. Группка каффидцев, пройдя сквозь жиденькую оборону ополченцев, напала со спины на оборонявших помост гномов, успев убить одного арбалетчика и ранив другого, гибель окруженной боеспособной тройки теперь была лишь вопросом времени.

– Что ж вы так не бережёте себя, мерзавцы, – протянул Мальцев, вытаскивая из-за пояса огненный жезл.