ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сила духа и врожденная упертость против мира магии и меча. Яркий, безжалостный мир древних рас. Средневековые войны и суровый быт, и наш современник, ценящий свою скромную и спокойную жизнь. Реально л... Путь меча Владислав Шубин © Владислав Шубин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 – Светлые боги, услышьте мою молитву. Спасите неразумное дитя свое, – забормотал давно забытые молитвы старик. Раздался ещё один стон, громче и страшнее предыдущего. Бросив скомканный невод и вставив окоченевшими руками весла в уключины, Ульмо перерезал веревку, удерживающую утлое судёнышко на месте. Сил и тем более желания вытаскивать якорный камень из воды не было. Бормоча молитвы и вразнобой хлопая по воде веслами, старик спешно направил лодку подальше от берега. Отплыв от скалы на безопасное расстояние и поставив парус, старик всю дорогу до порта грязно ругался, поминая нехорошими словами жену и свою глупость. В то самое время, когда старый Ульмо только закидывал свой невод, на утесе, далеко выдающемся в море, скрытые от нечаянных взоров остатками поросших диким плющом построек, стояли два человека. Первый – невысокий плотный крепыш – был одет в тунику практикующего подмастерья общей магии. С самодовольным выражением лица он выполнял какие-то сложные манипуляции с горящим у его ног огнем призрачно-зеленого цвета. От его действий пламя то стелилось по земле, то взмывало на высоту человеческого роста, бросая свой зловещий отсвет на поверхность воды. Сам огонь, попирая основы природы, горел прямо из темного плоского камня, по самую макушку утопающего в поросшей травой земле. У ног магика расположился ряд мрачных ритуальных принадлежностей: кроваво-красный камень, с кулак ребенка величиной, похожий на рубин, с изъяном – в виде мутной дымки внутри; чашка с синей, неприятного вида жидкостью, и замыкал треугольник – трехгранный прямой нож, с обломанным посередине лезвием. За спиной занятого

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Загадочного путника не смущали ни долетающие до центра города крики сражающихся и умирающих людей, ни зарево начинающихся пожаров у стены.

Заступившая дорогу тройка неудачливых мародеров, на секунду застыв в неестественных позах, качнулась навстречу друг другу, синхронно нанося удары имеющимся оружием, разбрызгивая черную кровь на грязные камни мостовой. За время скоротечной схватки никто из троицы не издал ни звука.

Чудом оставшийся в живых израненный разбойник, источающими ужас глазами глядя на возвышающуюся перед ним фигуру в темном как ночь плаще, медленно перерезал себе горло. Жуткий путник, постояв немного над содрогающимися в агонии телами, спокойно продолжил путь к своей цели.

* * *

Настоятель храма Келемвора был невысоким широкоплечим мужчиной на вид лет сорока, с харизматичной внешностью признанного лидера. Все впечатление портило лишь надменное, жесткое выражение лица и немигающие неживые глаза, которыми он сейчас равнодушно смотрел на распростершегося у его ног адепта. Столь рабское отношение к господину – дань сегодняшнего статуса настоятеля, который был добыт потом и кровью. Его потом и кровью тех, кто мешал ему в достижении этой цели.

Когда-то давным-давно, когда его звали просто Сайрус, он в отряде серых егерей выполнял тайные и не совсем законные дела короны Фиара в пограничье. Не всегда эти дела были направлены против других государств, чаще приходилось карать чем-то неугодных соотечественников. Многие из выполненных им заданий иначе как постыдными и преступными и не назовешь. За большинство из этих темных дел бывшему егерю даже спустя прошедшие два с лишним цикла лет грозила бы позорная казнь безбожника, оставь он беспечно хоть одного свидетеля. Однако он слишком хорошо знал, как работает система, чтобы допускать непростительную жалость. А боги, а что боги? Человек, который теперь был настоятелем храма, не знал, существуют ли они, но он точно знал, что даже если и существуют, то им нет никакого дела до жизни смертных. Еще он знал, что в этом мире есть вещи, которым вполне под силу самого тебя сделать равным богам.

Сейчас этот человек в простой белой тунике сидел, крепко сжав в правой руке источник той самой Силы. Источник представлял собой короткий изогнутый серп из матово-черного металла без малейших следов возраста и обработки, поразительной крепости, но главное его свойство и ценность были совсем не в этом.

Помещение, в котором находился Сайрус, было почти пустым. Стены, облицованные дорогим солнечным камнем, слабо освещались ажурными коваными светильниками у подлокотников кресла. Всполохи неровно горящего огня заставляли темноту плясать на ярких фресках и многочисленных рельефных колоннах, поддерживающих высокий сводчатый потолок.