ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сила духа и врожденная упертость против мира магии и меча. Яркий, безжалостный мир древних рас. Средневековые войны и суровый быт, и наш современник, ценящий свою скромную и спокойную жизнь. Реально л... Путь меча Владислав Шубин © Владислав Шубин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 – Светлые боги, услышьте мою молитву. Спасите неразумное дитя свое, – забормотал давно забытые молитвы старик. Раздался ещё один стон, громче и страшнее предыдущего. Бросив скомканный невод и вставив окоченевшими руками весла в уключины, Ульмо перерезал веревку, удерживающую утлое судёнышко на месте. Сил и тем более желания вытаскивать якорный камень из воды не было. Бормоча молитвы и вразнобой хлопая по воде веслами, старик спешно направил лодку подальше от берега. Отплыв от скалы на безопасное расстояние и поставив парус, старик всю дорогу до порта грязно ругался, поминая нехорошими словами жену и свою глупость. В то самое время, когда старый Ульмо только закидывал свой невод, на утесе, далеко выдающемся в море, скрытые от нечаянных взоров остатками поросших диким плющом построек, стояли два человека. Первый – невысокий плотный крепыш – был одет в тунику практикующего подмастерья общей магии. С самодовольным выражением лица он выполнял какие-то сложные манипуляции с горящим у его ног огнем призрачно-зеленого цвета. От его действий пламя то стелилось по земле, то взмывало на высоту человеческого роста, бросая свой зловещий отсвет на поверхность воды. Сам огонь, попирая основы природы, горел прямо из темного плоского камня, по самую макушку утопающего в поросшей травой земле. У ног магика расположился ряд мрачных ритуальных принадлежностей: кроваво-красный камень, с кулак ребенка величиной, похожий на рубин, с изъяном – в виде мутной дымки внутри; чашка с синей, неприятного вида жидкостью, и замыкал треугольник – трехгранный прямой нож, с обломанным посередине лезвием. За спиной занятого

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Направив его на бегущих по проходу степняков, он ожидал многого, но, чтобы так сработало: ощутимо нагревшись, жезл с коротким рявканьем, от которого зазвенело в ушах, выплюнул шар огня, буквально вбивший кочевников обратно в туман. Дикий крик, завершившийся где-то внизу глухим ударом, подтвердил высокую эффективность выбранного оружия.

Зазевавшись от произведённого эффекта, парень чуть не пропустил вылетевшего из тумана степняка с ошалевшими глазами и курящейся шевелюрой, этот каким-то образом умудрился выжить. Дезориентированного каффидца добил один из ополченцев, удачно метнув трофейный дротик.

– Стреляй лучше в башню, на кочевниках амулеты.

Федора уговаривать не пришлось, со второго выстрела башня полыхнула как факел.

– В таком огне никакой амулет не поможет, не сгорят, так задохнутся, – сообщил добрую весть все тот же ополченец. – Что стоите? – прикрикнул он на своих напарников. – Сбивайте помост, если жить хочется.

В несколько длинных прыжков Мальцев достиг соседней точки, где оборону удерживал, а вернее пытался выжить последний оставшийся на ногах гном. Отбросив щит, тот размахивал молотом с длинной рукоятью так активно, что степняки боялись к нему сунуться. Несколько изломанных трупов в стеганых халатах, с нашитыми металлическими бляшками, подтверждали опасность знакомства с этим своеобразным орудием убийства.

Пока от прицельных ударов копьями гнома спасали лишь хорошие доспехи. Подобрав на бегу второе копье, Федор бросил его в одного из кочевников, заставив того поспешно прикрыться щитом. Гном правильно использовал возникшую заминку, с силой наступив на застрявшее копье, он едва не вырвал щит из рук каффидца. Напарник степняка, попытавшийся обрубить помеху, немедленно поплатился за инициативу, получив от Мальцева сильный укол в плечо и поспешно вывалился во второй ряд, временно оставив своего товарища без защиты. Гном, яростно взревев, развернулся в прыжке и вогнал молот в грудь открывшегося степняка, смахнув его со стены как надоедливое насекомое. Оставшихся трех каффидцев добили подоспевшие ополченцы, разрядив в них арбалеты.

Новую партию степняков из туруса встретила серия огненных шаров, разбившая вдребезги помост и верхнюю часть башни.

Глава 44. Серпом по дилемме

По пустынным, унылым улицам гибнущего города неслышно скользила фигура человека в темном плаще с накинутым на голову глухим капюшоном. Несмотря на высокий рост, фигура почти полностью терялась в пересекаемых ею тенях, странным образом притягивая к себе мрачную черноту улиц. Казалось, фигура даже не движется, а исчезает в одном месте улицы и зловещим образом появляется в другом, не производя при этом и малейшего шума.