Бабушка сначала растерялась:
– Да не прибрано у нас, и ремонт надо делать после лета-то…
– Лишь бы вода горячая была.
Как почти у всех в Крыму, у Янкиных бабушки с дедушкой во дворе был еще один дом, для отдыхающих. Двор был общий, но хозяйский дом упирался стеной в забор, а двухэтажный скворечник курортников стоял в глубине сада. Там было четыре комнаты, три внизу и одна наверху. А во дворе – стол со скамейками, летняя кухня, качели.
– Я вам обогреватель поставлю, поди не замерзнете. А мыться к нам в дом ходить будете. Что-то поздно вы приехали…
– Да ведь творчество сроков не признает, замечательная моя Людмила Петровна!
– Ну уж… балабол, – с довольным видом усмехнулась бабушка.
Тарасу Глеб тоже понравился. Вечером они сидели за столом под черешней, кутаясь в куртки, и рассматривали карту Крыма.
– Нет, ну это разве карта? Погоди, у меня тут, кажется, полукилометровка была. – Тарас убежал в дом, а Глеб развернулся к Янке и долго смотрел ей в глаза. Молча. Не отрываясь. Она растерялась и покраснела.
– Иди сюда, покажу, что получилось.
Она осторожно присела рядом, Глеб открыл свой ноутбук, нашел папку «Фото». Долго мелькали пейзажи, какие-то дороги, скрюченные деревья, птицы, домики.
– Вот, смотри, какая ты фотогеничная.
Да, Янка всегда на фотографиях хорошо получалась, но у Глеба вышла просто волшебно.
Неслышно подошел Тарас.
– Ого! – сказал он. – Красавица!
– Сестра?
– Племянница.
– Похожа.
– Да прям! Копия отец.
– Ничего, что я здесь? – возмутилась Янка и выскочила из-за стола.
Вот вечно этот Тарас! Обязательно было про отца, да? В такой хороший вечер? И при Глебе? Обязательно? Сейчас тот, конечно, спросит, что и как, и пойдут разговоры, какие они разнесчастные, и все такое! Янка хлопнула калиткой.
– Яна, ты куда? – понесся ей вслед бабушкин голос.
– Маму встречать!
– Я с тобой! – крикнул Ростик.
– Нет!
И Янка рванула прочь, чтобы брат не догнал.
В конце улицы она остановилась. Чего психанула? Глупо как-то вышло. Теперь Глеб решит, что она совсем еще маленькая. Или вообще – того, с приветом. Янка медленно поплелась дальше. До маминого автобуса оставался еще час. Где она будет ходить в такой холод в одном свитере?
Сейчас, когда курортники разъехались, Поселок стал похож на дом после ухода шумных гостей. Еще открыты некоторые кафе и сувенирные лавки, но жизнь замедляется, затихает. Янка постояла посреди улицы, прислушиваясь. Море шелестело тихо-тихо, будто хотело нашептать какой-то свой секрет. Хорошо жить у моря: всегда есть с кем поговорить.
– Привет.
Янка оглянулась. У магазина, нагруженный пакетами, стоял Таль.
– Привет. Тебе помочь?
– Еще чего! Сейчас батя выйдет. Вот, деньги за два месяца на фабрике получил.
– Задерживали?
– Ага.
Они помолчали.






