ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Характер у Марка Геннадиевича Бестужева предполагал, что не нужно дожидаться, пока неприятности придут к нему. На все угрозы один ответ – всегда бей первым! И этот принцип придется к месту, когда... Бей первым Владимир Геннадьевич Поселягин © Владимир Поселягин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 Пролог Очнулся я от тупой ноющей боли. Причём никак сразу не мог понять, что именно болит. Но потом, подняв левую руку, вторая была чем-то прижата или связана, видимо к койке привязали, и коснувшись головы, чуть не взвыл. Теперь боль ощущалась лучше, ныла всё же голова. Однако ничего себе банальный аппендицит, как мне сообщил дежурный врач приёмного отделения, куда меня привезли на «скорой». А так всё хорошо начиналось, только приехал в офис и занялся бумагами по договорам, что сегодня требуется подписать, как меня скрутило болью, потом больница и анестезиолог в операционной, что зачем-то махал перед моим лицом пальцами, велев считать. Не успел досчитать, как темнота и последующее осознание себя с этой болью. Чего они там ещё сделали, мясники чёртовы? У меня живот и бок болели, а не голова. Неужели с препаратами напутали? Да нет, вряд ли. Меня же в Склиф привезли, он был ближе всего, а тут опытные врачи, попусту наговаривать на них не стоит, это я так, по-стариковски брюзжу. Что меня привлекло, так это чириканье птичек, где-то рядом долбился дятел, и кукушка свой отсчёт начала, шумел ветер в листве, вот явно рядом прожужжал шмель. Ещё было слышно множественное жужжание мух, но как-то фоном оно шло. Я даже поразился, молодцы врачи, звуки леса включили в операционной, чтобы вот так в гармонии проводить операцию. Или я уже в палате? Или где там? В реанимации? Не знаю, до этого мне анестезию всего дважды делали, да и то при посещении стоматолога, местную, это была первая операция в моей жизни. Тут мне наконец удалось приоткрыть один глаз, второй не открывался, кажется чем-то зал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я вздохнул, провести хозяйку не удалось, она знала цену хорошо подготовленного пса, но тот ли это пёс, о котором мне говорят, можно узнать только с практикой, да и другая проблема была, это всё, что у меня осталось из серебра, остальное только в виде меди, фактически я банкрот, но пёс нужен, поэтому после недолгого торга мы ударили по рукам. Я расплатился, и она, отвязав верёвку, вручила конец мне. Я вывел пса за собой на улицу и повёл его к постоялому двору. Тот поначалу неуверенно, даже неохотно шёл, а потом ничего, бежал рядом, не натягивая верёвку. Проведя его прямо к себе в комнату, достал миску, оставшуюся от Тихого, она помыта была, и, сходив на кухню, велел налить туда свежих щей, не забыв рыбы, сегодня был постный день, и накрошить туда хлеба. После чего отнёс миску наверх, и пёс с жадностью накинулся на еду. Ну и попить потом принёс. Пока тот насыщался, я пообщался с хозяином заведения, и тот, подумав, кивнул, есть у него шкуры старые. Сводив меня в сарай, он позволил отобрать неплохую шкуру, где ворс ещё не весь был выдран. Живности там тоже не было, я оплатил медью шкуру, это будущая подстилка Отая, и отряхнул её хорошенько снаружи во дворе, после чего принёс в комнату и, бросив у входа, указал на неё псу. Пришлось взять его за кожаный ошейник, подвести и показать, чтобы ложился, и толкать в бок. Лёг, молодец.

Потом поспит, главное, чтобы понял, что это его лежанка. Дальше снова привязал пса к себе, вышел с постоялого двора и направился в сторону дома Михайловых, скоро уже стемнеет, вечерело, пообедал я ещё на торгу, у торговок, пирогами, поэтому поторопился, чтобы вернуться до темноты. Там, отловив малышню, что носилась по заснеженной улице, стал расспрашивать как бы между прочим о Михайловых. А перед этим специально визуально проверил, нет ли среди них братьев Тита. Вроде не было. Вот и узнал от них, что те ещё неделю назад уехали, и соседи были хорошо извещены, куда. Да в Новгород, старшую дочь навестить. Отлично, значит, отправленное мной письмо было ими получено. А я написал там, что у меня возникли проблемы с московским князем и его недовольство может дойти до них, мол, погостите-ка вы годик-другой в Новгороде у Любавы, а лучше не возвращайтесь оттуда, продайте всё, что тут есть, оттуда, дистанционно. Не знаю, последуют ли они моему совету, но всё же уехали навестить Любаву, уже хорошо. Так что на подворье можно не соваться, там лишь охранник, что за подворьем следит.

Вот такая прогулка у нас с псом вышла. Довольны ею остались оба. Тот вроде ничего себя так вёл, мы оба присматривались друг к другу. Тот имел не средний вес, крупный всё же был, с таким рядом в безопасности можно чувствовать себя.