ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Характер у Марка Геннадиевича Бестужева предполагал, что не нужно дожидаться, пока неприятности придут к нему. На все угрозы один ответ – всегда бей первым! И этот принцип придется к месту, когда... Бей первым Владимир Геннадьевич Поселягин © Владимир Поселягин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 Пролог Очнулся я от тупой ноющей боли. Причём никак сразу не мог понять, что именно болит. Но потом, подняв левую руку, вторая была чем-то прижата или связана, видимо к койке привязали, и коснувшись головы, чуть не взвыл. Теперь боль ощущалась лучше, ныла всё же голова. Однако ничего себе банальный аппендицит, как мне сообщил дежурный врач приёмного отделения, куда меня привезли на «скорой». А так всё хорошо начиналось, только приехал в офис и занялся бумагами по договорам, что сегодня требуется подписать, как меня скрутило болью, потом больница и анестезиолог в операционной, что зачем-то махал перед моим лицом пальцами, велев считать. Не успел досчитать, как темнота и последующее осознание себя с этой болью. Чего они там ещё сделали, мясники чёртовы? У меня живот и бок болели, а не голова. Неужели с препаратами напутали? Да нет, вряд ли. Меня же в Склиф привезли, он был ближе всего, а тут опытные врачи, попусту наговаривать на них не стоит, это я так, по-стариковски брюзжу. Что меня привлекло, так это чириканье птичек, где-то рядом долбился дятел, и кукушка свой отсчёт начала, шумел ветер в листве, вот явно рядом прожужжал шмель. Ещё было слышно множественное жужжание мух, но как-то фоном оно шло. Я даже поразился, молодцы врачи, звуки леса включили в операционной, чтобы вот так в гармонии проводить операцию. Или я уже в палате? Или где там? В реанимации? Не знаю, до этого мне анестезию всего дважды делали, да и то при посещении стоматолога, местную, это была первая операция в моей жизни. Тут мне наконец удалось приоткрыть один глаз, второй не открывался, кажется чем-то зал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Один из всадников выстрелил на движение навскидку. Чуть не попал, гад, ладно глаз у него кривой. Я сразу же рванул обратно, одеваться и вооружаться, похоже, дело худо, я только визуально засёк два десятка верховых, что сгоняли жителей в центр поселения. А сколько их в действительности? Вот и я не знаю, «язык» бы помог, да его ещё взять надо, и узнать, откуда эта банда тут взялась, это обычный рейд какого зулуса, или поход за добычей и полоном, как обычно? Я только и успел недовольно буркнуть:

– Вы-то откуда тут взялись?

Причин для недовольства хватало, но главное, конечно, это само их внезапное нападение на деревню, как те сами любят устраивать, и ведь ничего не предвещало. Хоть бы кто предупредил. А ведь если бы я таки ночевал в лесу, двигаясь в сторону Нижнего, то, может быть, их и не засёк бы, и только потом о появлении узнал от возможных беглецов, да и то если бы повстречались. Как я уже говорил, я старался обходить стоянки на берегу, да и вообще с людьми не встречаться, а тут вон оно как вышло. А ведь так хорошо шёл, Рязань уже давно позади была, до неё сейчас километров двести было по руслу реки, настолько удалился за эти две недели не торопясь, а до Нового Низового Города, бывшей порубежной крепости, чёрт его знает, сохранилась ли она в будущем и как сейчас называется, осталось вёрст тридцать, со слов местных крестьян. Я спрашивал у них, где оказался и что там дальше. А Рязань и другие городки я и так видел, со стороны, когда обходил, не заходя внутрь. Кстати, берега Оки в основном пусты были, редко встретится какое селение на берегу, вроде этой деревушки, а тут смотри-ка, стоит. Я уточнил у крестьян, откуда они тут взялись, оказалось, уже три года живут, ушли от хозяев в Юрьев день, это единственный день в году, когда крестьяне могут покинуть барина, не платя ему ничего, и искать себе нового, а эти решили без хозяина жить, местные земли пока никому не принадлежали, разве что считались княжескими и официально вроде как те Василию принадлежали, но мытники до них пока так и не добрались. Молодцы, уважаю. А тут раз, и татары объявились. Есть о чём горевать и чему подивиться. Хотя чему тут дивиться, если граница со степью меньше чем в ста километрах? Так что неудивительно появление тут ордынцев. Скорее удивляет время появления, зима как-то не располагает к набегам. Обычно осенью идут, когда ещё дождей нет да урожай собран, чтобы добыча хорошая в набеге взята была. Я не говорю, что зимой не ходят, ещё как ходят, скучно зимой по юртам сидеть, но тут чисто набеги могут быть, но никак не вторжение. Скорее всего, эти по Оке идут, за обозами охотятся, тогда добыча неплохая может выйти, а заметили деревню да налетели.

Об этом всём я успел подумать, пока быстро одевался, вооружаясь.