ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Характер у Марка Геннадиевича Бестужева предполагал, что не нужно дожидаться, пока неприятности придут к нему. На все угрозы один ответ – всегда бей первым! И этот принцип придется к месту, когда... Бей первым Владимир Геннадьевич Поселягин © Владимир Поселягин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 Пролог Очнулся я от тупой ноющей боли. Причём никак сразу не мог понять, что именно болит. Но потом, подняв левую руку, вторая была чем-то прижата или связана, видимо к койке привязали, и коснувшись головы, чуть не взвыл. Теперь боль ощущалась лучше, ныла всё же голова. Однако ничего себе банальный аппендицит, как мне сообщил дежурный врач приёмного отделения, куда меня привезли на «скорой». А так всё хорошо начиналось, только приехал в офис и занялся бумагами по договорам, что сегодня требуется подписать, как меня скрутило болью, потом больница и анестезиолог в операционной, что зачем-то махал перед моим лицом пальцами, велев считать. Не успел досчитать, как темнота и последующее осознание себя с этой болью. Чего они там ещё сделали, мясники чёртовы? У меня живот и бок болели, а не голова. Неужели с препаратами напутали? Да нет, вряд ли. Меня же в Склиф привезли, он был ближе всего, а тут опытные врачи, попусту наговаривать на них не стоит, это я так, по-стариковски брюзжу. Что меня привлекло, так это чириканье птичек, где-то рядом долбился дятел, и кукушка свой отсчёт начала, шумел ветер в листве, вот явно рядом прожужжал шмель. Ещё было слышно множественное жужжание мух, но как-то фоном оно шло. Я даже поразился, молодцы врачи, звуки леса включили в операционной, чтобы вот так в гармонии проводить операцию. Или я уже в палате? Или где там? В реанимации? Не знаю, до этого мне анестезию всего дважды делали, да и то при посещении стоматолога, местную, это была первая операция в моей жизни. Тут мне наконец удалось приоткрыть один глаз, второй не открывался, кажется чем-то зал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Причём четверо несли щиты, ещё было шесть арбалетчиков и пять лучников. Видимо, ставку делали также на них. Серьёзно, надо сказать, подготовились. Я же, закончив их изучать, побежал к лагерю моряков, там подал условный свист, мне ответили, это чтобы не подстрелили, у них два лука было, и подошёл к часовому. К нам от судна уже спешил кормчий, делали мы это в стороне от костра, что поддерживал часовой, чтобы наблюдатель нас не засёк.

– Идут? – первым же делом спросил кормчий.

– Да. Все идут. У них четверо с щитами, шесть самострелов и пять лучников. На двенадцати татях справные кольчуги или другая защитная сбруя.

Тот только выругался под нос, зло и яростно, с новыми сведеньями обстановка резко менялась. Сообщив эти данные, я ушёл в темноту, чтобы бить татей со спины, колчан у меня полный, и тренировки с луком дали мне возможность хоть немного научиться пользоваться им, уже три секунды держу в натянутом состоянии, но всё равно долго стрелять я не смогу. Мышцы устанут, сухожилия ещё плохо укреплены, повредить могу. Тренироваться нужно. Устроившись в сторонке, я стал ожидать начала, и тут тати во весь голос с яростью взвыли: судно отходило от берега, заставляя меня мысленно материться. Кормчий понял, что с такой ватажкой татей ему не совладать, их просто перестреляют, и счёл благоразумным уйти. Пусть ночью судоходство и опасно, но можно пристать к другому берегу, перебраться татям через Оку не на чем. Даже чан бросили на берегу. В общем, кормчий сделал своё дело, спас команду, судно и пассажиров, бросив тут меня одного. Однако я его понимал, и скорее всего, в подобной ситуации поступил бы так же, а вот что мне делать?

На самом деле помощь мне была не нужна, имея подобное преимущество – способность видеть в темноте, татей я положу не запыхавшись, однако кому я буду продавать трофеи? Именно для этого судно и пассажиры мне и нужны, по-быстрому всё сбыть, чтобы оплатить место на судне и добраться до ближайшего города. Оплачивать мне пока место нечем было, а тут уж накоплю. Я не говорю про этот ушкуй, тем более он на Москву идёт, а я решил добраться до Нижнего, будут и другие суда, но планы придётся менять. Кстати, я помнил про спрятанные ценности под водой сто пятьдесят лет назад и рассчитывал забрать всё, подняв их из озера и из реки, если, конечно, они там, но сейчас мне просто не до этого, моё путешествие было прервано чёрной оспой, теперь, заполучив новое тело и оказавшись примерно в тех же краях, я решил продолжить путь к Нижнему Новгороду. Хотя теперь посещать Москву могу без опаски, хе-хе, смерть помогла.