ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Самоубийство пациента психиатрической больницы не произвело на бывалого сотрудника полиции Павла Серёжина особого впечатления. Немного любопытства вызвало творчество больного — тетрадка с текстом ф... Боец Алексей Наст «Это было время повсеместного процветания. Каждый житель планеты и народы в целом гордились своей человеческой природой. Не было войн и катаклизмов. Уровень жизни достиг небывалых высот. Самые неразвитые страны ежегодно убыстряли свой экономический рост, внося посильную лепту в бурный расцвет цивилизации. Несколько веков подряд земля приносила небывалые урожаи, мораль и нравственность совершенно вытеснили звериное из людских душ. Впоследствии то время стали называть Эрой благоденствия… И никто не мог представить на пороге Эпохи процветания, что причиной небывалого толчка в истории человечества станет возрождение одного северного государства, возрождение тем более неожиданное, что современники начала подъема изнывали от безысходности, ожидая полнейший коллапс. Страна дышала на ладан. Временная стабилизация представлялась именно временной. Тут и там раздавались пророчества о дальнейшем распаде уже распавшегося. Народ мучился в тисках экономической катастрофы, политики занимались преступным сколачиваем личных состояний и вывозом их за рубеж, бандиты, опираясь на коррупцию органов власти и правопорядка, творили насилие, насаждая беспредел во всем. Некогда великий суперэтнос умирал… В те дни, когда Мировое Зло готовило последний удар, дабы установить свой звериный порядок на бессильной и почти покорной планете, явился Боец. Он осознал, что явился…» Сережин захлопнул общую тетрадь с замусоленными страницами, еще раз окинул взглядом палату — серые стены, кровать, тумбочка, большое окно с разбитым стеклом, выпиленная огромная дыра в решетке. Оглянулся на медсестру — худенькую, с плотно сжатым ртом. Наверное, красивую, но сейчас, в белом халате и белой косынке,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Павел схватил Свипольского за шею, приподнял, заглядывая в выпученные от нехватки воздуха глаза, спросил, хрипя:

— Как мне найти Савельева в Москве? Кто он? Кто такой Бронтозавр? Говори — убью!

Свипольский, шипя, отрицательно мотнул головой.

— Мразь! — Павел бросил его на пол и снова пнул в живот. В этот момент он испытал почти сексуальное возбуждение. Острый экстаз поразил его и испугал.

«Неужели я маньяк?» — мелькнуло в мозгу, и эта мысль враз отрезвила.

Свипольский, громко дыша, стоял на четвереньках, пытаясь собраться с силами. Павел вдруг осознал, что сутенеры отпускают шлюх на строго определенное время, и вскоре сюда могут нагрянуть с «проверкой». Времени было в обрез. Он подошел к Свипольскому, схватил его за волосы:

— Отвечай!

— Нет…

И тут Павел понял, кто такой Бронтозавр. Он как-то видел в выпуске теленовостей этого типа, а за его спиной стоял тощий субъект с седоватыми прямыми волосами, которого Бронтозавр представил как депутата в Госдуме от его фракции и имя назвал: Савельев Егор Леонтьевич. Теперь-то Павел без труда найдет Савельева в Москве!

Павел взглянул на свой нож, еще чистый, отливающий сталью в свете электрической лампы, и вдруг резко и быстро полоснул им Свипольского по горлу. Свипольский издал булькающий звук, оплывая густой кровью, и тяжело рухнул на пол, дергаясь в конвульсиях. Готов.

Павел огляделся. Пора убираться отсюда.

Он перевернул Свипольского на спину. Хотел кабан поразвлечься — и получил кровавый аттракцион! Запустив руку во внутренний карман пиджака убитого, Павел нащупал бумажник, вытащил. Деньги никогда не бывают лишними. Он проверил наличность — помимо непочатой пачки пятитысячных было с десяток тысячных купюр и несколько сотенных. Несколько кредитных карт. Основные баблосы на них. Но они ему не нужны, он не грабитель, не охотник за чужими капиталами. Даже того, что нашел, хватало с лихвой на продолжение «операции». Отлично! Также в бумажнике имелись визитные карточки. На одной из карточек значилась фамилия Савельев и московский адрес, скорее всего, офиса. Другая карточка содержала координаты партийного офиса Бронтозавра.

«Вот как! — подумал Павел. — Действительно, высшая сила указывает мне дорогу!»

Забрав бумажник, Павел, одержимый мистическим настроением — он действительно тот, кем стал себя считать, — покинул притон, спустился вниз и, крадучись, выбрался на оживленный, хорошо освещенный проспект. Взглянул на часы. Шлюха, скорее всего, просто уберется из квартиры и не будет заявлять в полицию. Если что, сутенеры тихонько избавятся от трупа, и все… Сообщники хватятся Свипольского только утром, а искать начнут вечером. Времени у него предостаточно.