Все, что не давало мне сойти с ума в детском доме, – любовь к маме, моя бесконечная преданность ей одной. И надежда на встречу.
Я не помню, сколько прошло часов, но открылась дверь и в квартиру вошла Полина, моя одногруппница по колледжу. В тот год она жила у меня, потому что ей не досталось общежития и не было денег снимать квартиру.
– Что случилось?!
Она испуганно склонилась надо мной. Что-то говорила. Но я не понимала ее слов, они доносились до меня, словно сквозь вату, и ничего вразумительного ответить ей не могла.
– Я из капусты?! – прорыдала я ей в лицо.
Полина отшатнулась.
– Скажи, я из капусты??? – закричала я так, что стекла на окнах задрожали.
Я не понимала, как так можно было со мной поступить! Бросить тогда. И снова предать сейчас. Почему так?! За что?! Ведь я мечтала только о ней и отталкивала всех остальных.
Сумасшедшая привязанность к матери, которую я никогда в жизни не видела, спасла меня от падения в бездну и в то же время сыграла со мной злую шутку – выбила почву из-под ног. Не дала ни к кому другому приблизиться.
Полина продолжала задавать мне вопросы, но я не слышала их. Я даже не видела ее – все как в тумане. Мне было тошно от ее присутствия. Чего она хочет от меня? Что она, «домашняя», может понять в моей беде? Я встала и в чем была ушла из квартиры. Всю ночь ходила по улицам, рыдала и не могла остановиться. Это оказалось слишком больно. Так больно, что даже я, человек, познавший в жизни немало травм и обид, не могла этого вынести. Я не понимала, за что они так со мной. Я думала, думала, думала. И шла, шла, шла – просто для того, чтобы не сойти с ума. В какой-то момент меня опять начало трясти, как в лихорадке, я каким-то чудом догадалась, что мне нужно выпить воды. Помню, зашла в круглосуточный магазин и увидела себя в зрачках продавщицы, которые расширились от ужаса. Опухшая, с синим носом и красными глазами, неузнаваемым лицом, блуждающими глазами. Продавщица спряталась от меня за прилавок и пропищала оттуда:
– Чего вам?
– Воды, – прохрипела я.
– Держите!
Она поставила бутылку и тут же попятилась, словно я была больной и заразной.
Так я и ходила с этой бутылкой всю ночь по улицам. Пришла домой только утром, взяла свои кисточки-краски, долила в бутылку воды и пошла рисовать. Хорошо, в колледже шла практика – занятий в тот день я бы не выдержала. Приехала на пленэр, села на свое место и весь день сидела, не шевелясь, погруженная в свои мысли. Меня словно подбросили в воздух, лишив почвы под ногами, и я болталась теперь между небом и землей. Как так вышло, что я оказалась из ниоткуда? Как ребенок родился, если не было ни матери, ни отца. Я просто не понимала этой истории, она не укладывалась у меня в голове. Сидела и, не обращая ни на кого внимания, мысленно говорила с мамой.






