Это показалось Лизе концом света. Что ей делать теперь? Куда идти? Мир за окном и раньше выглядел недружелюбным, страшным, как самая злая февральская метель, а теперь и вовсе казался смертельным. Соседка Ольги лишь бросила на нее презрительный взгляд, оценив добротную, но давно вышедшую из моды, «деревенскую» одежду, и скрылась в квартире. Лиза медленно отошла от большой двери, за которую ей теперь было не попасть, и направилась к лестнице. Вместо того, чтобы спуститься вниз, она почему-то поднялась наверх. Сначала на чердак, а потом и вовсе выбралась на крышу.
Она не думала о том, что делает, не боялась, что может поскользнуться и упасть или просто замерзнуть насмерть, потому что на высоте нескольких десятков метров было еще холоднее, чем внизу. Что-то как будто гнало ее наверх, подсказывало, что именно туда ей нужно.
На крыше она внезапно оказалась не одна. Та самая девушка в темно-бордовом платье уже ждала ее.
– Ну вот ты и пришла, – улыбнулась она, увидев ее.
Лиза остановилась.
– Вы?
Незнакомка подошла к ней, сняла с себя короткую шубку и накинула Лизе на плечи. И вот странность – от нее мгновенно стало тепло. Как будто невидимые нити проникли в кожу и стремительно заструились по венам, согревая ее изнутри.
– Кто вы?
Ее звали необычным для того времени именем, королевским, таким, какое Лиза читала только в книжках, – Виктория. И она была Смертью уже больше двухсот лет. Она рассказала Лизе все то, что та сама недавно рассказывала Марку и Рите. В этом она им не лгала.
– Значит, я должна буду стать Смертью? – спросила Лиза в конце этого рассказа, внезапно понимая, что перспектива не кажется ей такой ужасной.
– Не должна, – покачала головой Виктория. – Ты
можешь
ею стать, но вовсе не должна. Ты подходишь для этого, поэтому я нашла тебя девятнадцать лет назад. Мой поцелуй оставил на тебе печать. Я всегда чувствовала тебя, а ты – меня. Я дала тебе только эту связь, все остальное зависело от тебя и… – Виктория сочувствующе улыбнулась, и Лиза поняла, что она все знает о ней. – Твоего окружения. Ты и сейчас все еще можешь выбрать: стать мною или остаться собой и просто умереть тогда, когда придет твое время.
Лиза молчала. Умереть тогда, когда придет время? А когда оно придет? И как ей жить до этого времени? Что если оно придет уже очень скоро, в какой-нибудь ночлежке для бродяг или сточной канаве?
Она вдруг поняла, что это время уже пришло. Ведь именно для этого она поднялась на крышу. И теперь выбор у нее довольно прост: умереть или остаться жить, но в несколько другом виде. Умирать Лиза вовсе не хотела.
– Что со мной будет, если я соглашусь? – решилась она.
Виктория улыбнулась.
– Конечно, твое тело должно будет умереть. Ты как Елизавета сама должна будешь умереть. Но, поверь, ты этого даже не почувствуешь.






