ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зато после ты сможешь жить столько, сколько захочешь, сможешь отомстить всем, кому хочешь. В твоих руках будет неограниченная власть. Единственное, что от тебя требуется, – это собирать души и помогать им перейти рубеж. Ты сама почувствуешь его, когда станешь мной. Это несложно.

– Но… как же я со всем справлюсь? Ведь я одна, а людей умирает так много.

Виктория снова улыбнулась, на этот раз снисходительно.

– Поверь, ты везде успеешь. Это сейчас ты чувствуешь время, но, когда ты станешь мной, оно перестанет иметь для тебя значение.

– А когда мне надоест, я смогу найти себе замену?

– Конечно. Я же нашла.

И Лиза согласилась. Слишком велико было желание даже не отомстить, нет, хотя, конечно же, первым делом она пришла за отцом и мужем. Она хотела наконец-то что-то значить. Быть тем, кого пусть не видят и не слышат, как и раньше, но о ком знают, кого боятся.

Очень скоро она поняла, что все не так радужно, как она думала. Впереди ее ждали две мировые войны, когда умирали миллионы людей. Виктория солгала: она чувствовала время. Еще как чувствовала, ведь оно тянулось для нее невыносимо медленнее, чем для живых людей! Она должна была успеть забрать столько душ, что его приходилось замедлять, возвращать обратно, поворачивать вспять. И все это время она чувствовала.

Кроме времени, Лиза чувствовала кое-что еще. Старалась не пропускать через себя эмоции умирающих людей, но это удавалось далеко не всегда. Каждая забранная ею душа меняла ее внутренне и внешне. Бывшие когда-то светло-русыми волосы, купающиеся в крови, все больше краснели, кровь уже не смывалась с них дождем так, как раньше. Чувства, купающиеся в человеческих страхах и страданиях, черствели и забивались глубоко внутрь нее, но насовсем не исчезали. Это было невыносимо тяжело, но как избавиться от раз принятой ноши, Лиза не знала.

Солгала Виктория и еще в одном: найти себе замену оказалось не только сложно, а практически невозможно. То ли не рождались подходящие дети у отравленных войнами людей, то ли Лиза просто не умела их находить.

И вот совсем случайно, когда она уже почти отчаялась, она почувствовала ее. Маленькая девочка, державшая за руки родителей, шла по тротуару большого города, на название которого Лиза даже не обратила внимания. Сколько их сменялось ежедневно! Девочка с восторгом смотрела на все вокруг и… молчала. Что-то щелкнуло в Лизиной голове, когда она увидела ребенка. Они прошли мимо, и девочка оглянулась на нее. Люди иногда видели ее. Те, кто однажды с ней уже встречался, по собственной или чужой воле, но кого вытаскивали из ее рук. Эта девочка была не такой, Лиза точно знала. Она помнила их всех, она узнала мужчину, державшего ее за руку. Но девочку не помнила.

Разузнать все удалось быстро. В существовании Смерти были свои преимущества.