Его дрожащая рука скользнула под мантию и вынырнула оттуда с небольшим игольником. Но, уже направив игольник на Хессмана, граф Фордроза замер в нерешительности, глядя на свое оружие, словно на нечаянно пойманного скорпиона.
– Так кто же все-таки нарушает регламент? – усмехнулся Майлз.
Барраярские аристократы были и оставались воинской кастой, и предсказать их реакцию не составляло труда. Внести оружие в палату Совета, а тем более достать его в присутствии императора! Человек тридцать сразу вскочили со своих мест.
«Только на Барраяре, стоит тебе достать заряженный игольник – и люди толпой кидаются
на
тебя, а не в стороны», – подумал Майлз. Группа титулованных особ тут же заслонила трон императора от Фордрозы. И тогда заговорщик резко обернулся и стал наводить игольник на своего главного врага и разоблачителя. Майлз стоял неподвижно, словно загипнотизированный крохотной черной точкой дула… Такой узкий вход в необъятную адскую дыру…
Через секунду Фордроза был погребен под кучей тел в развевающихся красных мантиях. Айвену выпала честь нанести первый удар, поваливший предателя на колени.
* * *
Майлз стоял перед императором. В зале воцарилась гробовая тишина, горе-обвинители были взяты под стражу и отправлены в камеры. Теперь настал черед настоящего разбирательства.
Грегор тяжело вздохнул и нервным жестом подозвал к себе лорда-хранителя спикерского круга. Несколько минут они тихо совещались, затем лорд-спикер объявил:
– Император объявляет перерыв на один час для изучения новых обстоятельств дела. В качестве понятых приглашаются граф Форволк и граф Форхалас.
Они цепочкой проследовали в личную комнату императора за помостом: первый – Грегор, за ним – граф Форкосиган, Майлз с Айвеном и оба свидетеля, выбранные по не совсем понятной Майлзу логике. Генри Форволк – это еще куда ни шло: он был одним из немногих ровесников императора и к тому же его личным другом. В Совете Графов он стал ядром, вокруг которого начинало формироваться новое поколение особ, приближенных к трону. Неудивительно, что Грегор пожелал иметь его поддержку. Но граф Форхалас…
Это был самый старый и самый непримиримый враг его отца – с тех пор, как сыновья графа погибли, встав на сторону Фордариана, претендовавшего на трон. Это было восемнадцать лет назад… Майлз с неприязнью покосился на старика. Однажды его наследник бросил ночью солтоксиновую гранату в окно особняка Форкосиганов, решив таким образом отомстить за смерть младшего брата. Единственное, чего он добился, – казни за государственную измену.






