ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда случается так, что интеллигент, в жизни не державший в руках ничего опаснее ручки, берёт в эти руки оружие. (Боковое ответвление «Лекаря») Перекрёсток Иван Владимирович Булавин Пролог Илья Стрельцов, двадцативосьмилетний учёный-этнограф, кандидат наук и преподаватель в университете, бежал по улице, развивая скорость, достойную олимпийских чемпионов. Он не был спортсменом, вообще никогда не любил физкультуру, тело его было развито так, как и положено человеку, всю жизнь проведшему за письменным столом. Так уж получилось, что одни накачивают мускулы, а другие — мозги. Илья относился ко вторым. Но также верно и то, что в экстремальных условиях человек способен на многое, например, бежать очень быстро, когда на пятки ему наступает смерть. Все, кто был с ним, уже убиты и растерзаны, остался только он. У него есть призрачный шанс успеть к переходу, но для этого нужно бежать очень быстро. Тем более, что уже начинает темнеть, а в темноте число преследователей увеличится в несколько раз. Он уже задыхался, боль в раненой ноге усиливалась, повязка наложенная покойным товарищем, сползла, рана открылась, и кровь ручейками стекала вниз, пропитывая штанину и матерчатый кроссовок. На квадратных каменных плитах, которыми здесь были вымощены все улицы, оставались кровавые следы, которые отмечали весь его путь. Его это нимало не беспокоило. Во-первых, времени путать следы у него, всё равно, не было, а во-вторых, тем, кто его преследовал, следы ни к чему. Твари найдут кого угодно по одному только запаху ботинок. А это были именно твари, не животные, не хищники, а чёртовы монстры. Биолог Пашка Старостин, погибший на третий день экспедиции, утверждал, что таких животных просто не может быть, либо эволюция завернула не туда уже в момент выхода на сушу рыб, что маловероятно, либо все они созданы искусственно, методами генной инженерии. Уже показался за поворотом приметный столб, котор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но тот как сквозь землю провалился, или наоборот, улетел по воздуху. Тронув Илью за плечо, Паша показал лучом фонаря на окно, находящееся, примерно, в четырёх метрах от пола. Стекла там не было, зато рядом с ним красовался кровавый отпечаток обычной человеческой ладони.

— Как он туда забрался? — растерянно спросил Илья.

— А сам не понял? — ехидно спросил Ефим, — его тащили. Тварь напала на него здесь, взяла в оборот, прыгнула и выскочила. Он, возможно, в сознании был и след намеренно оставил.

Так непонятные пока «твари» прочно вошли в их лексикон. Искать кого-то здесь было уже бесполезно. На улице они нашли ещё несколько капель крови, но это было всё. Даже направление, в котором его тащили, было непонятно. На этом поиски решено было сворачивать, ясно было, что Климова они уже живым не увидят. А какие выводы можно ещё сделать из того факта, что он попал в зубы к твари, способной запрыгнуть с человеком на высоту четырёх метров?

Вся троица развернулась и пошла обратно. Фонари не тушили, хотя отчётливо видели, где находится лагерь. Состояние у всех было подавленное. Вдруг, через дорогу метнулась тень, что-то некрупное, вроде большой собаки. Оно пронеслось вправо, потом обратно, на половине пути резко сменило вектор и в один прыжок добралось до них. В ту же секунду Ефим сложился пополам, зажимая рану в боку, между пальцами у него струилась кровь. А тень снова пошла в атаку, но на этот раз люди были готовы и встретили её. Стальная палка, так удачно прихваченная Старостиным, сослужила добрую службу, от удара по спине неизвестное существо заскулило и ретировалось. А учёные, подхватив на руки своего неудачливого коллегу, понеслись к лагерю. Добежать им удалось, хотя темнота вокруг словно бы ожила. Если туда они шли в гробовом молчании, не нарушаемом ни пением птиц, ни стрекотом насекомых, то теперь, когда разбудили неведомых тварей, со всех сторон слышалось громкое уханье, рычание и визг. То, что тварей много, не подлежало сомнению, то, что они опасны, подтверждал висящий на руках друзей Ефим. Был он чертовски тяжёл, но, к счастью, пока не потерял сознание и мог перебирать ногами. Почему их до сих пор не атаковали, оставалось загадкой. Возможно, пример сородича, получившего палкой, вызвал уважение к людям, а может, они боялись фонарей и яркого света.

Как бы то ни было, а в лагерь они добрались без приключений, вид окровавленного Ефима едва не вызвал панику, только Семён Семёнович не растерялся и сразу достал ящик с инструментами и лекарствами. Когда распороли куртку, смогли разглядеть рану. Выглядела она страшно, из бока был вырван кусок мяса, причем, тот, кто это сделал, должен был иметь необыкновенную силу. Но все трое видели маленькое существо, размером с собаку, ну пусть, крупную собаку.