ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда случается так, что интеллигент, в жизни не державший в руках ничего опаснее ручки, берёт в эти руки оружие. (Боковое ответвление «Лекаря») Перекрёсток Иван Владимирович Булавин Пролог Илья Стрельцов, двадцативосьмилетний учёный-этнограф, кандидат наук и преподаватель в университете, бежал по улице, развивая скорость, достойную олимпийских чемпионов. Он не был спортсменом, вообще никогда не любил физкультуру, тело его было развито так, как и положено человеку, всю жизнь проведшему за письменным столом. Так уж получилось, что одни накачивают мускулы, а другие — мозги. Илья относился ко вторым. Но также верно и то, что в экстремальных условиях человек способен на многое, например, бежать очень быстро, когда на пятки ему наступает смерть. Все, кто был с ним, уже убиты и растерзаны, остался только он. У него есть призрачный шанс успеть к переходу, но для этого нужно бежать очень быстро. Тем более, что уже начинает темнеть, а в темноте число преследователей увеличится в несколько раз. Он уже задыхался, боль в раненой ноге усиливалась, повязка наложенная покойным товарищем, сползла, рана открылась, и кровь ручейками стекала вниз, пропитывая штанину и матерчатый кроссовок. На квадратных каменных плитах, которыми здесь были вымощены все улицы, оставались кровавые следы, которые отмечали весь его путь. Его это нимало не беспокоило. Во-первых, времени путать следы у него, всё равно, не было, а во-вторых, тем, кто его преследовал, следы ни к чему. Твари найдут кого угодно по одному только запаху ботинок. А это были именно твари, не животные, не хищники, а чёртовы монстры. Биолог Пашка Старостин, погибший на третий день экспедиции, утверждал, что таких животных просто не может быть, либо эволюция завернула не туда уже в момент выхода на сушу рыб, что маловероятно, либо все они созданы искусственно, методами генной инженерии. Уже показался за поворотом приметный столб, котор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Последнее, кстати, было далеко не лишним, твари, кем бы они ни были, должны бояться огня. Возможно, именно по причине наличия огня, они до сих пор не напали на лагерь.

— Это они Ефима порвали, точно, — Паша приподнял свою палку, словно собирался броситься в бой.

— Желание продолжать поиски резко уменьшилось, группа стала смещаться в сторону лагеря.

— Сегодня же сворачиваемся и валим, — вынес вердикт Петренко.

— Послушайте… — начал было Сливкин.

— Нет, это вы послушайте, Зацепину скажете, пусть с нами взвод солдат отправляет, тогда работать будем, а пока… я не за этим нанимался.

— В любом случае, проход откроется только в семь часов вечера, — глава экспедиции окончательно включил дурака.

— Есть экстренное открывание, так что пройдём, — парировал Паша.

— Экстренное — это на крайний случай, вы же понимаете, во что встаёт такое открывание.

— Крайний случай — это когда твари человека загрызли и ещё одного ранили. Это крайний случай! — Паша постепенно свирепел, ещё немного и даст главному по жирной морде.

Но всё закончилось проще. Прилетевший сверху крупный обломок проломил Сливкину череп. Вся затылочная часть была просто снесена, осталось только широкое лицо с застывшей гримасой удивления. Он ещё пару секунд постоял на ногах, после чего тело грузно осело под себя.

— Валим! — прокричал Паша, а вокруг уже падали новые камни и обломки.

Один из них попал в бедро Стасюка, сломать, вроде бы, не сломал, но передвигаться самостоятельно он уже не мог, штанина быстро пропитывалась кровью. К счастью, микробиолог был человеком некрупным, Илья взвалил его на плечо и пошёл за остальными. Сказать, что было тяжело — ничего не сказать. Никогда не поднимавший ничего тяжелее компьютерной мыши Илья хрипел и задыхался. Завернув за угол, он перевёл дух, о том, чтобы идти к переходу, не могло быть и речи, этот путь был напрочь перекрыт, да и нельзя было бросать тех, кто остался в лагере, они просто не дождутся помощи. С великим трудом все четверо вернулись к высотному дому, на верхнем этаже которого они обосновались. Рывок в подъезд, начали подниматься. Первым шёл Петренко, он и столкнулся нос к носу с очередной тварью. Это оказалась обезьяна, размером с павиана бурой расцветки и с отвратительной плотоядной пастью. Толстый Петренко вряд ли был хорошим бойцом, но сообразил, что разницу в весе можно эффективно использовать. Он просто упал плашмя, придавив тварь к полу. Но и сам не избежал расплаты, задыхаясь под его тяжестью, обезьяна выпростала передние лапы и, вонзив когти в спину учёного начала остервенело рвать её. Шедший следом Паша, увидев, как товарища нарезают на ремни в буквальном смысле, поднял палку.