ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Иногда случается так, что интеллигент, в жизни не державший в руках ничего опаснее ручки, берёт в эти руки оружие. (Боковое ответвление «Лекаря») Перекрёсток Иван Владимирович Булавин Пролог Илья Стрельцов, двадцативосьмилетний учёный-этнограф, кандидат наук и преподаватель в университете, бежал по улице, развивая скорость, достойную олимпийских чемпионов. Он не был спортсменом, вообще никогда не любил физкультуру, тело его было развито так, как и положено человеку, всю жизнь проведшему за письменным столом. Так уж получилось, что одни накачивают мускулы, а другие — мозги. Илья относился ко вторым. Но также верно и то, что в экстремальных условиях человек способен на многое, например, бежать очень быстро, когда на пятки ему наступает смерть. Все, кто был с ним, уже убиты и растерзаны, остался только он. У него есть призрачный шанс успеть к переходу, но для этого нужно бежать очень быстро. Тем более, что уже начинает темнеть, а в темноте число преследователей увеличится в несколько раз. Он уже задыхался, боль в раненой ноге усиливалась, повязка наложенная покойным товарищем, сползла, рана открылась, и кровь ручейками стекала вниз, пропитывая штанину и матерчатый кроссовок. На квадратных каменных плитах, которыми здесь были вымощены все улицы, оставались кровавые следы, которые отмечали весь его путь. Его это нимало не беспокоило. Во-первых, времени путать следы у него, всё равно, не было, а во-вторых, тем, кто его преследовал, следы ни к чему. Твари найдут кого угодно по одному только запаху ботинок. А это были именно твари, не животные, не хищники, а чёртовы монстры. Биолог Пашка Старостин, погибший на третий день экспедиции, утверждал, что таких животных просто не может быть, либо эволюция завернула не туда уже в момент выхода на сушу рыб, что маловероятно, либо все они созданы искусственно, методами генной инженерии. Уже показался за поворотом приметный столб, котор

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А потом хозяева приказали долго жить, а обезьянки сломали клетки и стали жить-поживать. А вот второе подтверждение.

Он взял один из пальцев мёртвой твари и сжал его, на всеобщее обозрение вылез коготь, довольно большой, сантиметра три в длину.

— Как вам? Когти у приматов. Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. А с учётом того, что когти, вдобавок, втяжные, как у кошек, то вариантов не остаётся. Мутант, выведенный искусственно.

— А такое, вообще, возможно? — недоверчиво спросил Головин.

— Такое даже в нашем мире могли сделать. Покойный Петренко мог бы рассказать, да уже не расскажет. Допускаю, что где-то делали, да только афишировать не спешили, не любят люди генетических экспериментов, дай им волю, так всех генетиков на костре бы сожгли.

— Теперь есть повод об этом задуматься, — подвёл итог Головин.

Однако, весёлого в их положении было мало. Из десяти их осталось семь, включая женщину, двух стариков и двух тяжелораненых. Паша, немного подумав, отволок мёртвую тварь в дальний угол и занялся вскрытием. Что это могло дать, он не объяснил.

Положение их было отнюдь не обнадёживающим. Этаж, на котором они разместились, не давал никакого укрытия, дверь и та никак не закрывалась, огонь, которого, возможно, боялись твари, скоро погаснет, а собирать дрова чревато новыми жертвами. Когда обезьянки достаточно оголодают, они просто возьмут лагерь штурмом, и остановить их не получится. Попытаться бежать, сделать рывок к проходу нечего было и думать, Сомова, которой за пятьдесят, два глубоких старика и двое лежачих, висели тяжким грузом, не давая двинуться с места.

Примерно через час Паша, весь вывозившийся в крови, закончил потрошить обезьяну и смог поведать некоторые подробности.

— Как и думал, организм почти совершенный. Гипертрофированная мышечная масса, крупный мозг, развитое обоняние и слух. Отличное ночное зрение, возможно, днём они немного слеповаты, но это им не мешает, вполне могут найти добычу по запаху. Если этих тварей выпустить, скажем, в африканскую саванну, то они там быстро поставят в стойло львов и леопардов. Даже маленький вес не проблема, решается за счёт огромной силы и развитой координации движений. Кроме того, умеют, как мы выяснили, охотиться в коллективе. Все факторы против нас. Какие будут предложения?

Все яростно чесали затылки, но предложить что-либо дельное никто не мог. Тогда слово взял сам Паша:

— Завтра, на рассвете, я попробую прорваться к барьеру. Получится, не получится, а другого выхода нет. Помощь придёт незамедлительно, против огнестрельного оружия у этих тварей нет шансов.

— Один пойдёшь? — спросил Илья.

— Да, — он, хоть и без особой уверенности, кивнул, — больше шансов прорваться незамеченным, да и здесь кому-то нужно остаться, кроме тебя некому.