ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Никита остался наедине с зараженным поселком и выжил. Вышел к людям и оказался втянутым в войну кланов. Найдет ли вчерашний подросток свое место в мире, который задался целью его уничтожить? Ст... Кнут Игорь Демин Пролог Чернота пугала и манила одновременно. Призывала испытать себя на прочность, очаровывала загадочностью, подзуживала, подталкивала, словно брала на «слабо». Черные невесомые кристаллы, квинтэссенцию мрака и неизбежной гибели, хотелось трогать руками, пересыпать из горсти в горсть, пропускать сквозь пальцы, рассматривать, нюхать и попробовать на вкус, исподволь, осторожно, самым кончиком языка. Результата не будет. Тарч делал это много раз. Заходил в черные кластеры, погружал ноги в россыпь материализованной смерти, выносил кристаллы на сторону жизни, таскал в рюкзаке и карманах, подолгу размышлял над их структурой, пытался разрушить или наоборот, заставить действовать: оживать, убивать — хоть как–то проявлять активность. Но все попытки оказались тщетны. Кристаллы молчали, тщательно сохраняя свои секреты, или попросту не имели их, созданные смертью и живущие мертвыми. Рейдер оглянулся на товарищей, с которыми пришел к границе мертвого кластера, и осторожно шагнул в черноту. Лицо обдало теплым застоявшимся воздухом, стерильным: без запахов и признаков влажности. Воздушная граница черной земли не обнаруживалась ни зрением, ни осязанием, но стоило ее перейти — и организм тут же ощущал, что пересек границу жизни. Звуки приглушались, картинка перед глазами расплывалась, предметы теряли четкие очертания. Без причины, словно тело незаметно от сознания отправилось на тяжелую пробежку по пересеченной местности, сбивалось дыхание. Суставы немели, как от долгой неподвижности, а мышцы стремительно наливались тяжестью, уплотнялись и теряли гибкость. Двигаться становилось все сложнее. Через несколько минут начинало сбоить сердце, в кровь вбрасывались конские дозы горм

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты чем там занимался? — начал было расспрашивать Тарч, но Кумник на правах старшего перебил его новым вопросом.

— Сколько ты употребил жемчужин? Можешь не отвечать.

— Пять.

На самом деле в поселке он использовал только четыре, да и то, начиная с третьей, перестал чувствовать эффект усиления дара. Пятую жемчужину съел уже после боя с Кормчими, одновременно с Воротом, когда в первый раз хотел увести напарника из отряда.

— Мать моя, женщина, — это снова не привыкший сдерживать эмоции Ерш. Кнут не стал оглядываться, так как командир снова спрашивал.

— Сколько у тебя даров? Можешь…

— Один.

— Можешь не отвечать, — все–таки закончил фразу Кумник.

— Один, — парень постарался говорить искренне.

— Ну, допустим, — вроде бы поверил командир, — Тогда небольшая демонстрация. Когда Скалу тащили через кусты, на том берегу, я нож обронил. Можешь его найти?

Вопрос прозвучал как приказ и под всеобщее молчание Кнут ушел в заросли ивняка. Вернулся довольный и удивленный, протянул нож.

— Красавчик! — похвалил Ерш, — Так ты что, иголку в стоге сена найдешь? Слушай, ты полезный человек! Я тут на днях совесть потерял, не поможешь найти?

— Иголку в стогу он найдет, не сомневайся, — уверил Кумник, — Даже если ее там нет.

Командир достал из–за спины нож, один в один такой же, как и принес Кнут.

Совпадало все, до мельчайших подробностей, и не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что это были не просто похожие друг на друга предметы. Это был один и тот же нож, только почему–то раздвоившийся.

— Мы в клане называем этот дар «системным копированием», — начал объяснять Кумник, когда понял, что никто и слова не может сказать от удивления. — И до сих пор он существовал только в теории. Сразу скажу, это совсем не тоже самое, что и обычный копир. Наш друг снимает, условно говоря, чертежи с каждого предмета, который видит и при активации дара направляет спорам команду воспроизвести предмет таким же макаром, как это происходит при перезагрузке. Скажи, когда ты перестал ощущать эффект от жемчужин?

— С третьей. Когда ее съел, уже не было ничего.

— А чего тогда еще две ел?

— Думал, может как–то… ну, там… не знаю, вроде как накопится или еще как–то… — парень выглядел все более обескураженно.

— Ясно. Тарч, можешь мельком глянуть? Может он уже и третий заработал?

Тарч взял Кнута за руку и тут же отпустил:

— Два.

— Прекрасно. А теперь, наш юный друг, будь добр, создай что–нибудь простенькое, хоть канцелярскую скрепку, без всех этих ритуалов просьб и поиска.

Экспериментировали пару часов, периодически отпаивая Кнута живчиком и растворенными в уксусе горошинами.