ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Никто не расскажет вам правду о ведьмах. Церковь будет проповедовать истину священного огня и вред еретического учения, а обычные люди открестятся от истины и поплотнее закроют ставни на ночь. Лишь не... © Тулиша Я., 2020 © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021 Он едва не подскочил на месте, но, сдержавшись, лишь указал широкой ладонью на стул перед собой. Стражники грубо пнули заключенного, и тот почти на ощупь отыскал сидение. Натан впервые видел его так близко. Стражники и инквизиторы хорошо над ним поработали, на мужчине не осталось живого места. Это был еще даже не мужчина, его лицо дышало юностью и энергией. Серые глаза из-под густых бровей смотрели настороженно и враждебно, Адам явно готов был оценить опасность и моментально на нее среагировать. Волосы темного цвета, как мог судить Натан, но здесь могла возникнуть ошибка: человек, проведший больше двух месяцев в подземелье, мог утратить первоначальный облик, испачкавшись в земле и грязи. И действительно, все его лицо и руки, выглядывающие из-под порванной рубахи, были покрыты засохшей кровью и пылью, которая ложилась на кожу слоями. Подбородок и щеки покрывала бесформенно отросшая борода. Натан испытал некоторое отвращение, оценив, в каком положении держали этого человека. Но в нем возникло еще какое-то чувство. Восхищение, быть может. Несмотря на два месяца истязаний и пыток, исхудавшее тело и от усталости ввалившиеся глаза, Адам был прекрасен. Натан задумчиво потер лысину и сложил руки перед собой. – Мы будем за дверью, если понадобимся, – произнес один из стражников и, проверив железные оковы на пленнике, покинул помещение. Второй последовал за ним, и в комнате повисла тишина. Натан неожиданно осознал, что ужасно переживает и не знает, с чего начать. Как вообще вести беседу с таким человеком? Раньше он общался с преступниками, которым были предъявлены серьезные обвинения, но впервые пред ним предстал с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Адам, пожалуйста…»

Мне показалось, что я ослышался. Чтобы призрак кого-то о чем-то просила? Такое случалось не каждый день. Но в этот раз ей не удастся меня убедить, думал я. Мне было нетрудно представить, каким пыткам подвергают пойманную ведьму.

«Адам!»

Я проигнорировал ее голос, направляясь к крутой лестнице. Я старался заглушить голос Надии в своей голове, но оставалось единственное, что мне не удалось заставить замолчать. Собственное бешено стучащее сердце, готовое выпрыгнуть из груди. Мне было страшно так, как никогда прежде не было.

Я почувствовал появление Надии за спиной, почувствовал взгляд ее темных глаз. Мне захотелось спрятаться от него, закрыться руками, исчезнуть, как могла исчезнуть она.

«Адам! Хватит убегать! Остановись!»

Я зажал ладонями уши и упорно продолжил шагать. Казалось, кровь, бегущая по телу, должна была уже разорвать меня на части.

«Трус!»

Слово резануло острием ножа. Я развернулся и встретился глазами с Надией. Она смотрела с разочарованием, с глубокой скорбью и презрением. Презрением ко мне. Никто никогда не разочаровывался во мне так, как она. Но, если подумать, до этого момента никто и не верил.

Я не помнил, как меч, пристегнутый к моему поясу, оказался в руках. Как побелели костяшки пальцев, сжимающих стальной эфес, как я царапал собственные ладони ногтями от напряжения. В полутьме своего сознания я бежал по черным коридорам, которые смотрели на меня словно на предателя. До меня донесся звук ломающейся кости. Гадко, жутко! Я почувствовал отвращение ко всему этому, к пыткам, к издевательствам.

Солдат было двое. Они были слишком заняты, выкрикивая ведьме вопросы, на которые она не даст им ответы. Мне не стоило труда подобраться к ним сзади. Первый удар пришелся на солдата слева. Он даже не узнал, что случилось. Лезвие почти полностью раскололо его череп, обрушившись посередине, дробя кости. Второй солдат обернулся, и истинное, почти детское, удивление отразилось на его лице. Он узнал во мне инквизитора. Мгновением позже ему пришлось схватиться за горло, из которого фонтаном брызнула кровь. Солдат повалился на землю, издавая булькающие звуки, прощаясь с жизнью.

Только тогда сознание вернулось ко мне. Я в бессилии осел на пол и отполз к другому углу клетки. Поджав под себя ноги, я разглядывал свои руки. Раньше они красились сажей и копотью. Сейчас умылись кровью. Кровью моих братьев. Хотя, кого я обманывал? Никакие они мне не братья.

Просидев так, кажется, несколько часов, я сумел наконец поднять глаза на измученную ведьму. Ее руки были прикованы цепями к стене, она практически не могла шевелиться. С первого взгляда на неестественное положение ее руки можно было сказать, что кисть у нее сломана.