ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С небес обрушилась кара, но… небеса промахнулись. В исправительной колонии особого режима для пожизненно осужденных выжили очень многие. Не только сотрудники и чудом спасшиеся гражданские, но и орг... Клетка Игорь Владимирович Вардунас © Глуховский Д., 2017 © Вардунас И., Бакулина И., 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * До фильтров, разумеется, быстро додумались, но первое время, когда в бутыли или шланге что-то начинало гундеть или шебуршать – ух как страшно было. Однажды Карапетов глотнул такое и чуть не задохнулся, еле доволокли, все зелеными букашинами кашлял. Как прокашлялся, дня три вроде и ничего было: повеселел, на работу в мастерскую со всеми вернулся. А потом из него какая-то хрень посреди бела дня полезла. Взломала череп, верещала, булькала зеленым. Еле забили то, во что превратился обезумевший, слепо метавшийся по столовой бедолага… Мичуринским девчонкам тогда влетело по первое число: как так получилось, что сырье плохо промыли? Девчонки терпели, кусали губы, а потом взорвались: вскочили, руками замахали, заголосили сквозь слезы, мол, а вы чего хотели, кто обещал к теплицам обогрев провести и воду пустить? Почему они в холодной воде работать должны, которую им же еще и натаскать надо? Почему нужно было кому-то сдохнуть, чтобы все устроили как следует? В общем, начальство таки пробрало, и девчонкам действительно все сделали по первому разряду. А Мичурин, освобожденный от всех иных работ, тут же обнаружил какую-то интересную травку, от которой любая насекомовидная пакость дохла сразу, только в путь. Однако даже у самых лихих мужиков, надевавших заготовленный баллон, все равно каждый раз под ложечкой екало. Смерти мало кто боялся, давно уже свыклись с ее смрадным дыханием, кое-кто годами костлявую ждал, но… по такой дорожке, протоптанной Карапетовым, торопиться желающих не было. Так, к черту. Надо переключиться… А пахнет сегодня вкусно: то ли подорожник

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Смотря на огонь и слушая треск дерева, Митч не заметил, как уснул в той же позе, что и сидел, – раскинув ноги и прислонившись затылком к холодному бетону стены.

* * *

Его разбудил телефонный звонок.

Тррри-иииии-нь, тррри-иииии-нь…

Оставаясь неподвижным, Мичиган медленно открыл глаза и прислушался. Может, он еще спит. Некоторое время он сидел, весь превратившись в слух.

Что его разбудило – эта галлюцинация или непонятный зуд в ногах? В помещении опять стоял чарующий запах.

Звук повторился. Откуда-то из недр дома. Не привычная мелодия новомодных перед самой войной смартфонов и прочих пластиковых «плоскодонок», а обычная трель дискового телефона. Такой когда-то был в его собственном доме, еще в детстве. Висел на стене. Оторвавшись от готовки, мама снимала трубку и, прижимая ее плечом к щеке, с улыбкой спрашивала, когда муж будет дома, вытирая испачканные мукой пухлые руки полотенцем. На ужин была кукурузная каша с рукколой и креветками, как любили в Южной Каролине. Ее обычно подавали на завтрак, но мама зачастую готовила впрок, и на ужин – отец-механик зарабатывал немного, а жена сидела с ребятишками, двумя братьями и сестренкой, которых у него теперь не было.

Тррри-иииии-нь, тррри-иииии-нь…

Такого не могло быть здесь. Это невозможно. Этот звук умер задолго до ядерного пожарища.

Но он был. Кому-то звонили. Уж не ему ли?

Чернокожий усмехнулся. Ну да. Старина Иисус решил пожелать старине Митчу доброго утра. «Набери номер, и он ответит» – как когда-то, еще до его заброски в Антарктику голосили попрошайки на многочисленных перекрестках Америки, на коробках из-под холодильников, в которые они были одеты, поверх тряпья было еще иногда написано с другой стороны «и он ответит тебе». Чушь!

Было там и еще кое-что написано. «Конец близок». Как же они были правы, но их никто не слушал, просто спеша мимо, брезгливо кидая скомканный доллар или просто мелочь в чашку или рвано вскрытую банку из-под бобов, содержимое которой попрошайки жадно выскребали пальцами где-нибудь в гетто под мостом и потом, тщательно облизав, вытирали жирные пальцы об одежду. Для этих людей Апокалипсис наступил намного раньше, чем для остальных. Он сожрал их души. Мичиган помнил загнанную пустоту в их глазах.

Костер давно потух, было прохладно. Накинув куртку, Митч посмотрел наверх. Из маленького окна струился свет, внутрь, медленно паря, залетали снежинки. Собак у двери не было слышно. Ушли, поняв, что добыча ускользнула? Или затаились, выжидая момента, чтобы напасть. Хрен вам.

Так что же так зудело в ногах… Затекли? Он пошевелил пальцами ног в ботинках.