ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С небес обрушилась кара, но… небеса промахнулись. В исправительной колонии особого режима для пожизненно осужденных выжили очень многие. Не только сотрудники и чудом спасшиеся гражданские, но и орг... Клетка Игорь Владимирович Вардунас © Глуховский Д., 2017 © Вардунас И., Бакулина И., 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * До фильтров, разумеется, быстро додумались, но первое время, когда в бутыли или шланге что-то начинало гундеть или шебуршать – ух как страшно было. Однажды Карапетов глотнул такое и чуть не задохнулся, еле доволокли, все зелеными букашинами кашлял. Как прокашлялся, дня три вроде и ничего было: повеселел, на работу в мастерскую со всеми вернулся. А потом из него какая-то хрень посреди бела дня полезла. Взломала череп, верещала, булькала зеленым. Еле забили то, во что превратился обезумевший, слепо метавшийся по столовой бедолага… Мичуринским девчонкам тогда влетело по первое число: как так получилось, что сырье плохо промыли? Девчонки терпели, кусали губы, а потом взорвались: вскочили, руками замахали, заголосили сквозь слезы, мол, а вы чего хотели, кто обещал к теплицам обогрев провести и воду пустить? Почему они в холодной воде работать должны, которую им же еще и натаскать надо? Почему нужно было кому-то сдохнуть, чтобы все устроили как следует? В общем, начальство таки пробрало, и девчонкам действительно все сделали по первому разряду. А Мичурин, освобожденный от всех иных работ, тут же обнаружил какую-то интересную травку, от которой любая насекомовидная пакость дохла сразу, только в путь. Однако даже у самых лихих мужиков, надевавших заготовленный баллон, все равно каждый раз под ложечкой екало. Смерти мало кто боялся, давно уже свыклись с ее смрадным дыханием, кое-кто годами костлявую ждал, но… по такой дорожке, протоптанной Карапетовым, торопиться желающих не было. Так, к черту. Надо переключиться… А пахнет сегодня вкусно: то ли подорожник

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вот бы ее туда. Митч улыбнулся своим мыслям. Он научил бы серфить и ловить волну. Ту самую, особенную, от которой в первый раз дух захватывает. Потом, наплававшись, она бы выходила на берег и втыкала в песок натертую ананасовым маслом доску. Отстегнув от лодыжки шнур, направлялась к нему, развалившемуся на лежаке и тянувшему ледяное пиво Coors из запотевшей бутылки. Одетая в сплошной полосатый купальник, оголявший покачивающиеся точеные бедра…

Вдруг, на полпути она поворачивалась и, откидывая на лопатки мокрые волосы, весело махала кому-то из его друзей, а он смотрел на ее покрытые каплями воды ягодицы, разделенные тонкой полосатой полосочкой, и улыбался…

Мичиган резко проснулся. У него была эрекция.

А еще сильная боль рвала грудь.

Черт. Стянув рубашку, он задрал майку, с ужасом наблюдая россыпь небольших волдырей цвета кожи, покрывавших грудь и часть живота. Вены вздулись и были похожи на переплетенные макаронины. Мичиган застонал и с трудом поднялся. Посмотрел на окно.

Снаружи царила ночь. Благоухания не было.

Сколько он спал? Схватившись было за карабин, он посмотрел на дверь, но она по-прежнему была надежно забаррикадирована. В доме было тихо.

Сколько он уже тут?

Подойдя к оконцу, он привстал на цыпочки и посмотрел наружу. Землю покрывали снежинки, но, несмотря на температуру, они не растаяли. Более того, присмотревшемуся Митчу показалось, что они… шевелятся. Помедлив, он протянул руку и взял одну из них, разглядывая. Даже от прикосновения его пальцев кристалл не растаял. Да и не было это кристаллом.

Митч изучал зажатое между пальцев нечто, похожее на амебу, многочисленные конечности которой лениво шевелились. Снег оказался

живым

. Очутившись в его руке, существо стало ощупывать ее, и Мичиган ощутил легкий укол, не сильнее комариного, когда конечности-щупальца попытались проникнуть ему под кожу. Показалась кровь. Сжав пальцы, он раздавил амебу, и их покрыла белесая слизь.

Так сколько же этой дряни было в его теле?.. И почему он не чувствовал, когда они заползали в него. Ясно, это все таблетки, усталость и алкоголь…

Мичиган поднял голову и некоторое время смотрел в потолок, словно видя нечто сквозь него.

– Я знаю, что грешен, Господи, – прошептал он. – Но не оставь меня…

Потом, уйдя в угол, снова отлил в ведро, морщась от боли. Неведомая зараза добралась до простаты и почек.

Решительно проверил карабин, добавив еще патронов из патронташа, и нож. Все. Скинул мокрую рубашку, оставшись в майке. Еще раз посмотрел в окно.

Ночь.

Оглядев подвал и вдруг поддавшись какому-то странному, сиюминутному порыву, Мичиган, вооружившись ножом, аккуратно нацарапал кончиком лезвия, сдирая остатки побелки на деревянном подоконнике, словно закрепляя за собой территорию. Или просто оставляя память о себе.