ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С небес обрушилась кара, но… небеса промахнулись. В исправительной колонии особого режима для пожизненно осужденных выжили очень многие. Не только сотрудники и чудом спасшиеся гражданские, но и орг... Клетка Игорь Владимирович Вардунас © Глуховский Д., 2017 © Вардунас И., Бакулина И., 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * До фильтров, разумеется, быстро додумались, но первое время, когда в бутыли или шланге что-то начинало гундеть или шебуршать – ух как страшно было. Однажды Карапетов глотнул такое и чуть не задохнулся, еле доволокли, все зелеными букашинами кашлял. Как прокашлялся, дня три вроде и ничего было: повеселел, на работу в мастерскую со всеми вернулся. А потом из него какая-то хрень посреди бела дня полезла. Взломала череп, верещала, булькала зеленым. Еле забили то, во что превратился обезумевший, слепо метавшийся по столовой бедолага… Мичуринским девчонкам тогда влетело по первое число: как так получилось, что сырье плохо промыли? Девчонки терпели, кусали губы, а потом взорвались: вскочили, руками замахали, заголосили сквозь слезы, мол, а вы чего хотели, кто обещал к теплицам обогрев провести и воду пустить? Почему они в холодной воде работать должны, которую им же еще и натаскать надо? Почему нужно было кому-то сдохнуть, чтобы все устроили как следует? В общем, начальство таки пробрало, и девчонкам действительно все сделали по первому разряду. А Мичурин, освобожденный от всех иных работ, тут же обнаружил какую-то интересную травку, от которой любая насекомовидная пакость дохла сразу, только в путь. Однако даже у самых лихих мужиков, надевавших заготовленный баллон, все равно каждый раз под ложечкой екало. Смерти мало кто боялся, давно уже свыклись с ее смрадным дыханием, кое-кто годами костлявую ждал, но… по такой дорожке, протоптанной Карапетовым, торопиться желающих не было. Так, к черту. Надо переключиться… А пахнет сегодня вкусно: то ли подорожник

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Какого хрена…

– Черт, Джина, и тебе привет, заблудшая душа, – усмехнулся Рэнди. – Давно не виделись.

Не сводя с него карабина, чуть скосив глаза, Митч посмотрел на небольшой костерок.

– Зачем огонь развел?

– Зябко.

– Встань, подними руки и три шага назад.

– На тебе рубашка мокрая.

– Знаю.

– Зэф, это же я, – ответил Макмиллан, однако сделал, как было велено. – И чем это так вкусно пахнет? Уж не на свидание ли собрался?

– Заткнись. Ты не Мак, – сказал Мичиган, медленно спускаясь по лестнице.

– А кто же тогда?

– Как ты попал в дом? Я забаррикадировал дверь.

Они стояли на некотором расстоянии друг от друга. Снег за маленьким окном продолжал медленно падать на чуть видимый клочок пола.

– Через другую. – Макмиллан зачем-то указал себе за спину большим пальцем. – На заднем дворе.

– Если на улице снег, почему его нет на тебе?

– Обогрелся у огня, – пожал плечами Макмиллан.

– Почему не пришел на крики и выстрелы? И откуда тебе известно, что это была Тахома?

– Мы вместе пришли. Потом стали обыскивать дом.

Рэнди замолчал, не сводя с Зэфа глаз.

– Ты не Мак, – уверенно повторил Мичиган. – Как и то, что там наверху.

– А что наверху? – спокойно спросил Макмиллан.

– А ты пойди, посмотри, – предложил Мичиган.

– Уверен?

– На все сто. Руки, чтобы я видел.

– Хорошо, пойду. Не нервничай. Видишь, я иду.

Мичиган чуть посторонился, пропуская Рэнди, который стал подниматься по лестнице и, отворив скрипнувшую дверь, скрылся за ней. Мичиган еще некоторое время просто стоял, нацелив карабин на дверь. Потом его ноги и пах пронзила резкая боль. Он поморщился. Треклятые прыщи.

Прошел в угол, где стояло ведро, от которого несло аммиаком, прислонил к стене карабин и, повозившись с молнией, помочился в наполовину заполненную ржавую жестянку.

Макмиллан не возвращался. Снег за окном медленно оседал. Судя по бледнеющему свету, близился вечер.

Потом где-то внутри послышался звук, будто что-то упало.

Мичиган пожалел, что у него нет часов. Еще немного подождав, он взял карабин и, поднявшись по лестнице, вышел в коридор.

В доме стояла тишина. Достав из-под рубашки крестик, Мичиган приложился к нему губами.

– Иисус, не дай мне бояться, – твердо сказал он.

Что же за чертовщина тут происходит?.. Постояв на пороге, он стал медленно подниматься по лестнице на второй этаж.

В первой комнате, не считая искуроченного тела и моря крови на стенах и полу, никого не было, а вот открытая дверь второй комнаты привлекла его. Держа оружие наготове, Мичиган осторожно заглянул внутрь. Помедлив несколько секунд, вошел и осмотрелся. Размерами чуть поменьше, чем первая. Стоявшие друг напротив друга у стен просевшие диваны с припорошенными пылью пуфиками.