ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С небес обрушилась кара, но… небеса промахнулись. В исправительной колонии особого режима для пожизненно осужденных выжили очень многие. Не только сотрудники и чудом спасшиеся гражданские, но и орг... Клетка Игорь Владимирович Вардунас © Глуховский Д., 2017 © Вардунас И., Бакулина И., 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * До фильтров, разумеется, быстро додумались, но первое время, когда в бутыли или шланге что-то начинало гундеть или шебуршать – ух как страшно было. Однажды Карапетов глотнул такое и чуть не задохнулся, еле доволокли, все зелеными букашинами кашлял. Как прокашлялся, дня три вроде и ничего было: повеселел, на работу в мастерскую со всеми вернулся. А потом из него какая-то хрень посреди бела дня полезла. Взломала череп, верещала, булькала зеленым. Еле забили то, во что превратился обезумевший, слепо метавшийся по столовой бедолага… Мичуринским девчонкам тогда влетело по первое число: как так получилось, что сырье плохо промыли? Девчонки терпели, кусали губы, а потом взорвались: вскочили, руками замахали, заголосили сквозь слезы, мол, а вы чего хотели, кто обещал к теплицам обогрев провести и воду пустить? Почему они в холодной воде работать должны, которую им же еще и натаскать надо? Почему нужно было кому-то сдохнуть, чтобы все устроили как следует? В общем, начальство таки пробрало, и девчонкам действительно все сделали по первому разряду. А Мичурин, освобожденный от всех иных работ, тут же обнаружил какую-то интересную травку, от которой любая насекомовидная пакость дохла сразу, только в путь. Однако даже у самых лихих мужиков, надевавших заготовленный баллон, все равно каждый раз под ложечкой екало. Смерти мало кто боялся, давно уже свыклись с ее смрадным дыханием, кое-кто годами костлявую ждал, но… по такой дорожке, протоптанной Карапетовым, торопиться желающих не было. Так, к черту. Надо переключиться… А пахнет сегодня вкусно: то ли подорожник

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Затрещало, загудело, завоняло…

Вдали полыхнули вагоны с заготовленным сеном.

Топорами и дубинами, пиная, разломали плотовый движок. Кто-то плескался в мутной воде, прося помощи, пытаясь сдернуть с шеи сочащееся слизью щупальце…

В царившем бедламе не было слышно, как лопаются от жара стебли камыша.

* * *

Меня окружает вязкая, тягучая Хмарь. Настолько плотная и густая, что я с трудом различаю пальцы вытянутой руки. Хмарь клубится вокруг перчатки. Как тогда. Давным-давно. Словно тысячу лет назад. Тяжелыми каплями оседает на поцарапанном стекле самодельной маски. Тонкими дымными щупальцами проникает сквозь дыхательный фильтр, стараясь забраться в самую душу и высосать ошметки того, кого я считаю собой. Да к черту маску! К чему это все теперь…

Щелк-щелк-щелк…

Мачете со мной. Которое, к гребаной матери, давно уже ничего не значит. Меня больше никто не зовет. Ни дочь, ни Бог, где бы он ни был. Ему не разглядеть меня в этом плывущем кругом дерьме. Я ему не нужен. Мне больше нечего здесь бояться.

– Слышите, тварины? Клал я на вас болт! Ау! Есть кто дома?

Я жду их.

Знаю, что они придут. Слышал на вылазках неоднократно. Хана ведь больше нет.

Нас больше нет.

Никого и ничего.

Тишина.

Заткнись, человек. Хотя мы и не люди больше.

Им нет нужды скрываться… Просто стою, окруженный клубящимся маревом. Мы как будто играем, кто первый начнет.

– Ну! Давайте! – не выдерживаю, опускаю на слипшуюся в мочало от влаги бороду больше не нужную маску. – Жрите!

Гребаный сталкер, герой туманов, м-мать.

– Клал я на тебя болт!!!

А игрушечный бог смеется где-то за чертовой удушливой пеленой… Дернуть еще за ниточку или хватит? Сломалась марионетка. Жаль. Отличная игрушка была.

Ну, давай. Ответь! Хмарь и я теперь одно. Давно уже вместе. С самого начала. Вот что случилось тогда,

14 октября 2014 года.

Нам нечего больше таиться. Ты сама выбрала меня! Вот ОТКУДА брались малявы и появлялись метки. С воспоминания ТОГО САМОГО Нового года, когда я дурачился со своими девчонками, прикидываясь Дедом Морозом… Потом разговоры с лебедями, письма Калинина… Ошибка. Воспоминания, детали, переживания.

Хмарь… Выбрала. Меня. Скачала с моего мозга всю информацию, словно с гребаной флешки. Через него решала, кому жить, а кому…

СВОЛОЧЬ!!! Почему я?! А? Я кого спрашиваю?!

Показала отражение там, в туалете… Зачем тебе мой слепок?

– Чего же вы… Ну?! Давай! Закончим здесь и сейчас, как и начали – вместе!

Сжимаю кулаки до хруста хрящей.

Или что, финита? Наелась, гадина! Сдулась? Я тебя спрашиваю! Или все-таки маловато?

Знаю, что не получу ответа, но Хмарь внезапно отвечает. Ее ход.

Сначала легким щелчком дозиметра. А потом нечеловеческим, пробирающим до костей утробным воем невидимых существ, которые приближаются ко мне из клубящегося Ничто.

Страха нет.