Хотя если она прикажет, то сейчас же нырнет и вытащит того из воды. Но Москаленко так не поступит. Преданность ее мальчиков ей дороже собственной кровожадности.
– Хорошо, – удовлетворенно кивнув, произнесла она.
Потом поочередно посмотрела на своих обломов.
– Спасибо, мальчики. Вы все правильно сделали.
Олег скосил взгляд на пленницу.
– Нет. Она заплатит сполна. Пусть и не будет мучиться так, как те, что были виновны в смерти Юры и Сережи, – припомнив своих погибших телохранителей, жестко отрезала она.
Вообще-то это как сказать. Мучиться месяцами пленница, конечно, не будет. Но она придет в себя. Будет какое-то время неуязвима. Потом неуязвимость спадет. Фелисия начнет бороться за свою жизнь. Захлебнется. А потом все это повторится вновь. У нее ведь в запасе две жизни.
– Сомневаюсь, что Борис Николаевич стал бы поступать так же, – все же произнес Антон.
– Он именно так и поступил с хунхузами. Забыл? – возразила она.
– Они это заслужили. Она такого не делала, – понурившись, возразил он.
Эти двое выполнят любой приказ. Но одно дело, когда это выполнение присяги, и совсем другое – когда по воле сердца.
– Хорошо, мальчики. Будь по-вашему, – решила она потрафить им.
Ну или вовремя припомнила, что вассальная клятва – дело обоюдное. Если бездумно давить на вассалов и требовать от них одной только беззаветной преданности, не делая ответных шагов, у них появится возможность отказаться от присяги без репутационных потерь.
Прошло еще два часа, прежде чем девица пришла в себя. Попыталась подняться, но ничего не получилось. Когда же осознала, что связана, на ее лице появился неподдельный ужас.
– Очнулась, – окинув ее мрачным взглядом, произнесла Елизавета Петровна.
– Вы что себе позволяете, я бразильская… – начала было девушка.
– Вот только не надо, – оборвала ее Москаленко. – Я знаю, кто ты, баронесса Фелисия да Мота. Неблагодарная тварь. Мой мальчик трижды спас твою жизнь. И чем ты ему за это отплатила? Приехала в Россию и подослала стрелка, чтобы убить его.
У Елизаветы Петровны не возникло ни капли сомнений в том, кто именно стоял за стрелком. Поэтому она приказала Антону и Олегу проследить за Фелисией, что те с блеском и проделали.
Как и следовало ожидать, баронесса остановилась в гостинице. Глупость. Уж лучше бы оставалась на борту своей яхты. И деньги сэкономила бы, и была бы в куда большей безопасности. А так… Телохранители из Антона и Олега, может, и непутевые, зато бойцы отменные. И, как оказалось, не чета тем, что прибыли с Фелисией.
– Он такая же бесчестная скотина, как и ты, – выплюнула баронесса.
– Правда? А кто стрелял в него? Не важно, что на его месте оказался двойник. Факт остается фактом.
– Я не собиралась бить в спину, – покачав головой, возразила баронесса. – Твой приемыш – бесчестный человек.






