Орнелас точно знает, что тогда, на дуэли попал в него. Но Измайлов остался невредим. Я узнала, что есть такой редкий дар, «Неуязвимость». Работает как артефакт и требует долгой перезарядки. Всего зарегистрировано три таких случая за последние две сотни лет. И я предположила, что твой сын каким-то чудом заполучил его. Так что вчера Орнелас стрелял только для того, чтобы сбить защиту. А потом уж должен был вызвать его на дуэль и сразиться в честном поединке.
– Никогда не слышала о подобном даре. Но это и не важно. А что, если ты ошиблась?
– Ничего с ним не случилось бы. Я точно знала, что и он, и его супруга всегда носят при себе «Аптечки».
– Значит, все просчитала. Но это не имеет значения. В любом случае ты умышляла против моего мальчика, а я подобного не прощаю. Ненависть губит, Фелисия. Жаль, что ты этого не поняла. Хотя шанс у тебя и был. Правда, тебе повезло.
– Повезло? Если судить по гире, связанным рукам и шуму прибоя, это трудно назвать везением, – нервно засмеявшись, произнесла девушка.
– Уж поверь мне, девочка. Эта смерть куда лучше того, что могло тебя ожидать. Ты даже не представляешь, насколько я бываю мстительной.
– Приехала сюда, чтобы защитить своего приемного сынка? Сам о себе этот ублюдок уже не может позаботиться?
– Боря – смелый и умный мужчина. Ему вполне по силам порвать волков. А вот со змеями, похоже, разбираться придется мне.
Елизавета Петровна подняла руку с револьвером и выстрелила Фелисии в лоб. Девушка откинулась на заднее колесо пролетки. Ее первая смерть была мгновенной. Без мучений. Последующие будут такими же. Просто придется потратить на это больше времени.
Олег и Антон взирали на происходящее с равнодушием каменных изваяний, хотя в глубине их глаз и читался легкий намек на одобрение.






