ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если ты мелкий очкарик и офисная крыса, если ты слаб и труслив, если ты не привык драться и, тем более, убивать, тебе не место в Стиксе. Вот только Стикс не спрашивает. Тебе посчастливилось выжить,... Студент Иван Владимирович Булавин Пролог Это был обычный ничем не примечательный день, точнее, вечер. Была среда, осень, погода хмурилась, и собирался дождь. Я, как всегда, возвращался с работы. Говорю, как всегда, хотя устроился я только месяц назад, закончив институт. Работа моя, как говорят многие, ничего и ни для кого не значит, просто офисный планктон. Сижу в офисе с девяти до шести, перекладываю бумажки, изредка звоню по телефону. Платят… мало платят, конечно, но и жаловаться грех, я один и мне хватает, тем более, что запросы мои минимальны. Когда-то давно, в детстве, я хотел стать милиционером. Не для того, чтобы всех обидчиков наказать (а таковых было немало), просто считал жизнь несправедливой и хотел сделать её чуть лучше. Увы, после того, как меня в армию не взяли по зрению, о карьере государственного человека приходилось забыть. И о всякой другой тоже. Так уж получилось, что человек я маленький и, что греха таить, тщедушный. Руки мои растут из… ну, вы поняли. Хороший работяга из меня не выйдет. На носу очки-микроскопы, которые ношу лет с двенадцати. А потому судьба моя — быть конторской крысой. Хорошо, хоть сюда взяли, а то бы с голоду помер, родители не могут содержать всю жизнь. Кто-то скажет, а чего ты? Никто ведь не мешает взять и всё изменить. Работать лучше, пролезть в начальники, пойти в спортзал и накачать мышцы, сделать операцию и избавиться от очков. Ну, в принципе, они правы, только есть момент. Нужно для начала исправить голову, а мне, наверное, так удобнее. Закрыться в скорлупу и отгородиться от всего мира. Мир жесток, а я от него немало пострадал. И ввязываться в соревнование с заранее проигрышных позиций не хочу. Так что, можно смело именовать

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я подбежал уже совсем близко и направил прыгающий ствол ему прямо в лоб. Мы встретились глазами, гуманизм внутри меня взбунтовался, но здравый смысл оказался сильнее. Пуля вошла в левый глаз.

Тело моё сотрясали конвульсии, я упал на колени и выронил бесполезный уже пистолет. Смотреть на дело своих рук было мучительно, я просто упал на асфальтовый пол и некоторое время молча содрогался в беззвучном плаче.

— Всё кончено, — успокаивал я себя. — Я победил, они мертвы, все четверо. Всё хорошо.

Если бы в этот момент пришли зомбаки, мне настал бы конец, да только, видать, не было их поблизости, если даже на звук выстрелов не пришли. Я окончательно пришёл в себя минут через пятнадцать. Передо мной лежали три ещё тёплых трупа, ещё один наверху. Нужно обыскать. К горлу подступила тошнота, но я смог её задавить. Ко всему можно привыкнуть. Осторожно подполз к крайнему, тому, которого долго не мог убить, я начал осторожно прощупывать его карманы. Ничего полезного, но на поясе нашлась фляга с живцом. Там было немного, я отцепил её и перелил в свою. Был ещё нож, но он оказался большим и неудобным, лучше оставлю свой. Обыскав всех, я стал обладателем бутылки водки, двух банок тушёнки, половины литра живца, но главная находка ждала меня в рюкзаке того, кого я принял за главного. Там была небольшая пластмассовая коробочка, где лежали, аккуратно обложенные ватой шесть споранов и одна горошина. То, что это была именно горошина, я не сомневался, священник мне подробно её описал. Теперь найти уксус, растворить и выпить, глядишь, дар какой откроется.

Теперь оружие. Огнестрела у них больше не было. А потому у меня остался пистолет и девять патронов к нему, лучше, чем ничего. А ещё можно взять арбалет. Их тут целых четыре, два явно кустарные, а два выглядят, как произведение искусства, прямо из оружейного магазина. Выбрав один, что полегче, я попробовал натянуть. В помощь мне был рычажный механизм, но даже с ним натяжение было отнюдь не лёгким. Положив стрелу, я прицелился в труп лежавшего бегуна. Нажал на спуск, но палец отчего-то оказался позади спускового крючка. Соскользнул что ли. Так и погибнуть можно. Снова нажав спуск, я уверенно поразил голову мёртвого монстра. Однако, никогда бы не подумал, что арбалет может пробить стрелой голову насквозь. Да ещё такую. Я собрал все стрелы, что были у четверых, набралось двадцать девять штук. Немного, но должно хватить. Стрелы — вещь многоразовая, в отличие от пуль. Или правильно называть их болтами? Впрочем, пусть будут стрелы, мне так привычнее. Их длина чуть разнилась, сантиметров на пять, но я решил, что все подойдут.

Теперь нужно сваливать. Не знаю, куда, только бы отсюда. Я пошёл в проход между зданиями, стараясь оставить это нагромождение бетона как можно дальше от себя.