ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если ты мелкий очкарик и офисная крыса, если ты слаб и труслив, если ты не привык драться и, тем более, убивать, тебе не место в Стиксе. Вот только Стикс не спрашивает. Тебе посчастливилось выжить,... Студент Иван Владимирович Булавин Пролог Это был обычный ничем не примечательный день, точнее, вечер. Была среда, осень, погода хмурилась, и собирался дождь. Я, как всегда, возвращался с работы. Говорю, как всегда, хотя устроился я только месяц назад, закончив институт. Работа моя, как говорят многие, ничего и ни для кого не значит, просто офисный планктон. Сижу в офисе с девяти до шести, перекладываю бумажки, изредка звоню по телефону. Платят… мало платят, конечно, но и жаловаться грех, я один и мне хватает, тем более, что запросы мои минимальны. Когда-то давно, в детстве, я хотел стать милиционером. Не для того, чтобы всех обидчиков наказать (а таковых было немало), просто считал жизнь несправедливой и хотел сделать её чуть лучше. Увы, после того, как меня в армию не взяли по зрению, о карьере государственного человека приходилось забыть. И о всякой другой тоже. Так уж получилось, что человек я маленький и, что греха таить, тщедушный. Руки мои растут из… ну, вы поняли. Хороший работяга из меня не выйдет. На носу очки-микроскопы, которые ношу лет с двенадцати. А потому судьба моя — быть конторской крысой. Хорошо, хоть сюда взяли, а то бы с голоду помер, родители не могут содержать всю жизнь. Кто-то скажет, а чего ты? Никто ведь не мешает взять и всё изменить. Работать лучше, пролезть в начальники, пойти в спортзал и накачать мышцы, сделать операцию и избавиться от очков. Ну, в принципе, они правы, только есть момент. Нужно для начала исправить голову, а мне, наверное, так удобнее. Закрыться в скорлупу и отгородиться от всего мира. Мир жесток, а я от него немало пострадал. И ввязываться в соревнование с заранее проигрышных позиций не хочу. Так что, можно смело именовать

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

До наступления ночи мне удалось найти укрытие. Старый вагон, покрытый ржавчиной, стоявший на непонятном огрызке железнодорожных путей. Мне удалось сдвинуть дверь на полметра, теперь никто крупнее собаки в вагон не залезет, только бы не заклинило, а то завтра сам не вылезу.

Перед сном я решил перекусить. Никакого источника света не имелось, только коробок спичек, которыми я посветил один раз. Зажигать огонь опасно, твари чуют запах. В вагон они, допустим, не заберутся, а вот обложить со всех сторон смогут, потом придётся в осаде сидеть. Открыв на ощупь консервы, я начал есть, проклиная себя за то, что не взял ложку. Их ведь много было там, в деревне. А теперь приходилось есть ножом, что не очень удобно, тем более, в темноте. Но, если нужда заставит, всё рано или поздно получится. Банка опустела, следом отправилась шоколадка, а в довершение трапезы я выпил немного живца, завтра нужно будет ещё приготовить, водка у меня теперь есть.

Сунув руку под рубаху, я потрогал плечо. Запёкшаяся кровь ещё оставалась, но никакой боли я уже не испытывал, немного поковыряв рану, я обнаружил под корочкой здоровую кожу. Отлично. Хоть какие-то плюсы есть в этом мире.

Ни холодный дощатый пол, ни дневные переживания, ни страх нападения не помешали мне спокойно заснуть. Возможно, даже благодаря всему этому, мой организм принял единственно верное решение: заснуть, как убитый, и не просыпаться до самого утра.

Глава четвёртая

Открыл глаза я уже утром. Как и следовало ожидать, кое-кто всё же заглянул на условный огонёк. Были это, правда, всего лишь медлительные зомбаки, убийство которых не стоит потраченного времени и пуль. Хотя стрелы, как я уже сказал, можно использовать повторно, а потому забредшие ко мне в гости кадавры прекрасно подходят на роль мишеней, а мне всё равно нужна практика в стрельбе.

Натянув тетиву арбалета с помощью рычага, я положил стрелу. Наконечник был в виде узкой четырёхугольной пирамиды, хорошо пробивает броню, но не застревает внутри, можно при желании вытащить.

Мелькнула мысль подозвать их поближе, но я решил, что так не спортивно. Нужна тренировка. Не каждый раз придётся стрелять из укрытия с расстояния в пять-семь метров. Если бы мог, то попросил бы их немного побегать туда-сюда, чтобы ещё и по движущимся мишеням поработать.

Я навёл оружие на цель. Зомбак, впавший было в ступор, начал просыпаться и поворачивать голову в мою сторону. Я нажал на спуск. Вообще-то арбалет не совсем бесшумное оружие. При срабатывании механизма раздаётся неслабый щелчок, хорошо слышимый на большом расстоянии. С выстрелом, конечно, не сравнить, но стоит помнить, что так тоже можно спалиться. Стрела вошла не совсем туда, куда я целился, под правый глаз, но тоже удачно. Зомбак, не издав ни единого звука, рухнул на насыпь из щебня.