ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она видела сны — жаркие, полные страсти и желания. Она жила исключительно в своих мечтах, даже не подозревая, что придет день и на ее чувства ответят… Натали Блейк «Куколка» Глава первая — Неужели ты и впрямь собираешься запереться у себя в комнате и просидеть там всю вечеринку, а, Пиппа? — Александра твердо решила не дать подруге возможности увильнуть от ответа и теперь прямо-таки металась по гостиной небольшой квартирки, стены которой были украшены воздушными шарами. — Да знаешь, я… — Пип! Ты не можешь пропустить эту вечеринку! Ведь мы хотели отпраздновать окончание работы. — Или залить наши печали, — едко отозвалась Пиппа. Глаза Александры округлились. — Да уж, нечего сказать, ты у нас большая оптимистка! Пиппа пожала плечами: — Прости, но я не вижу никакой радости в том, что мы остались без работы. — И поэтому ты не хочешь участвовать? — Алекс взглянула на нее с таким недоверием, что Пиппа невольно поморщилась. — Ты же знаешь, я не отношусь к стадным животным, — робко попыталась защититься она. Но в ответ Алекс раздраженно покачала головой: — До сих пор не могу понять, зачем ты выбрала эту профессию. Решительно не понимаю. Мне никогда не приходилось встречать настолько необщительную актрису. Ради Бога, Пип, неужели ты так вжилась в образ той удивительной женщины, которую сыграла? Или все проще — ты попросту не любишь мужское общество? — Под ее проницательным взглядом бледные щеки Пиппы предательски залила краска. — Ага, так я угадала? Знаешь, а ведь за те шесть месяцев, что мы с тобой знакомы, ты ни разу не бывала в обществе. Думаешь, я не заметила? Пиппу охватила паника, она почувствовала знакомое покалывание в висках, кровь забурлила в ее жилах. Надо было отвлечь Александру от опасной темы, пока она не начала мучить Пиппу каверзными вопросами. — Ты говоришь в точности как моя мать! — как можно беззаботнее ответила девушка. — Ну хорошо, я буду на этой дурацкой ве

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Почувствовав движение тонкой легкой ткани по своей коже, она чуть поежилась, ногой отбросила платье в сторону и наклонилась, чтобы снять босоножки на высоких каблуках.

Теперь она стояла перед Мэттом в одном белом капроновом лифчике и маленьких шелковых трусиках. Воздух между ними еще больше уплотнился, казалось, что страсть материализовалась и повисла огромным сгустком энергии, до которого можно было дотронуться рукой. Внезапно Пиппа поняла, она не знает, что теперь делать, и беспомощно взглянула на Мэтта.

— Мэтт… — прошептала она.

Он шагнул к ней, нежно обнял, и ее сердце сразу перестало бешено колотиться. Пиппа прижалась лицом к его груди и вдохнула знакомый, такой любимый запах его кожи.

— Все хорошо, — шептал он, гладя ее по волосам, — дорогая, тебе нечего бояться.

Взглянув на Мэтта и прочитав в его взгляде желание и одновременно нежность, она прониклась к нему безграничным доверием.

— Я знаю, — просто отозвалась она.

Паника, на миг охватившая ее, прошла; она скользнула рукой под его рубашку и ощутила тепло его кожи.

— Ее нужно снять, — шепотом попросила она, а ее пальцы уже сами расстегивали пуговицы его рубашки.

Скинув пиджак, Мэтт небрежно бросил его на диван и стал помогать Пиппе, едва не оторвав две последние пуговицы. Девушка даже улыбнулась.

Его кожа оказалась мягкой и бархатистой, покрытой мягкими шелковистыми волосами. Закрыв глаза, Пиппа прижалась губами к его плечу, и кончик ее языка пробежал по выступавшей косточке ключицы, а затем скользнул ниже по груди. У его чистой кожи был слегка солоноватый вкус, и Пиппа чуть вздрогнула, когда ее язык коснулся маленького шершавого соска.

От этого прикосновения сосок увеличился и затвердел, а она продолжала целовать его, лаская при этом второй сосок кончиком указательного пальца.

— О, Пиппа, — выдохнул Мэтт, а ее губы скользили теперь по его груди, опускаясь все ниже.

Теперь она чувствовала под его брюками твердый напрягшийся ствол его члена и принялась лихорадочно искать застежку брючного ремня. Мэтт, не отрывая взгляда от ее лица, осторожно отступил на миг, боясь, как бы к ней не вернулся страх, и быстро освободился от остатков одежды.

Когда Пиппа впервые увидела его обнаженное тело, у нее перехватило дыхание. В одежде он всегда казался ей чрезвычайно привлекательным, однако обнаженный он был так хорош собой, что это зрелище ошеломило ее. На его мускулистом стройном теле выделялись рельефные пластины мышц, некоторая угловатость придавала ему еще большее очарование, а из уютного гнезда темных курчавых волос внизу живота гордо поднимался высокий, твердый и горячий ствол, словно древко копья, готового к битве, такой удивительно мужественный по сравнению с нежными мягкими складками ее потаенной женственной плоти.