Инстинктивно она напрягла мышцы, на миг испугавшись боли, но твердый жаркий ствол легко скользнул в горячую глубину, будто ее тело давно ожидало этого мгновения.
Теперь Мэтт лежал неподвижно, давая ей привыкнуть к новому ощущению полной близости. Пиппа не испытала ни малейшей боли, к ней пришло чувство собственной полноценности, наполнившее ее сердце теплой радостью.
Она согнула ноги в коленях и обняла ими Мэтта, теснее прижимая его тело к своему. Стенки ее влагалища все еще трепетали в последних конвульсиях оргазма, и она сжала мышцы так, словно ей хотелось никогда больше не выпускать его из своего тела.
Мэтт был больше не в силах сдерживаться. Бормоча ей на ухо какие-то нежные ласковые слова, он начал осторожно двигаться внутри нее. Однако даже сейчас он старался быть предельно осторожным, чтобы каким-нибудь нечаянным движением не причинить ей боль.
Через несколько мгновений Пиппа поняла, что не хочет больше, чтобы Мэтт вел себя так заботливо и осторожно. Ей захотелось, чтобы он взял ее уверенно и сильно, и она уже была убеждена, что воспоминания о давно пережитом ужасе никогда больше не омрачат ее жизнь, что они навсегда исчезнут после этой первой близости с Мэттом.
— Возьми меня, Мэтт! — жарко прошептала она ему на ухо. — Возьми меня по-настоящему!
Ему не нужно было повторять дважды. Не сумев сдержать торжествующего крика, он проник в нее так глубоко, словно вложил в это движение всю страсть, копившуюся в нем с того момента, как впервые увидел ее. Он повторил этот сильный удар еще и еще раз, четыре, пять, шесть раз, уводя ее за собой к новым вершинам ощущений, так что, когда в ее жаркое лоно излился поток его горячего семени, Пиппа испытала еще один сильнейший оргазм. Через какое-то время придя в себя, она жадно прильнула губами к губам Мэтта.
Этот долгий, нежный поцелуй словно вознаграждал их за все перенесенные испытания. Оторвавшись наконец друг от друга, они с невыразимой нежностью продолжали смотреть друг другу в глаза, и Мэтт не спешил выскользнуть из ее жаркого тела.
— Тебе хорошо? — спросил он, еще не вполне уверенный в том, что ее страшные воспоминания полностью рассеялись.
Пиппа лучезарно улыбнулась, успокаивая его.
— Мне всегда будет хорошо с тобой, — просто ответила она.
— Моя главная героиня, — улыбнулся ей Мэтт.
— Навсегда. Боже, Мэтт, какое счастье ждет нас впереди!
Эти слова Пиппы проникли в самое сердце Мэтта, наполнив его светлой радостью. Наконец-то он нашел свою пропадавшую половинку и отступила пустота, так долго царившая в его сердце.
Наблюдая за сменой выражений его лица, Пиппа представляла себе, как познакомит Мэтта сегодня со своими родителями, как вечером опять выйдет вместе с ним на сцену.






