Когда в закусочной было полным-полно посетителей и в очередной раз открывалась дверь, то все, кто уже сидел за стойкой, оборачивались, чтобы посмотреть, кто пришел, – все, кроме Руфа, тот предпочитал видеть работу, а не ее причину.
– Должен же в таком маленьком городке быть хоть один цветной, – ответил Руф.
– Мы это поняли, когда ты уехал. – Салли ухмыльнулся Касс, она посмотрела на него с проницательной улыбкой, но не подошла. – Сделаешь мне кофе или у тебя забастовка?
– В твоем случае мне следовало бы забастовать. – Касс взяла кофейник. – Тебе когда-нибудь говорили, что похороны не место для розыгрышей?
Вчера в церкви, в разгар заупокойной службы, Отис обнаружил в кармане резинового аллигатора и испустил такой вопль, что подпрыгнули все, кроме Хэтти.
– Он должен был найти его уже дома, – посетовал Салли.
Густой жижи на дне кофейника хватило Салли на три четверти чашки.
– На, – сказала Касс. – Большего ты не получишь – не заслуживаешь.
– Больше не вари, – согласился Салли.
– Не сварю, – заверила его Касс. – Со следующей недели кофе варят другие.
– Кстати, о других…
– Она на заднем дворе, принимает поставку, – пояснила Касс. – Мы поспорили. Она сказала, тебе духу не хватит прийти сегодня. Хотя “духу не хватит” – это мои слова, не ее.
– Как-то мне надоело, что на меня делают ставки, – ответил Салли и вспомнил, что, когда он бросил колледж, кто-то (только вот кто?) сорвал куш.
– Ты еще не помирился с Рубом? – спросила Касс.
– Я как раз шел к нему, – ответил Салли.
– Хорошо, – сказала Касс. – Вы были забавной пароч-кой.
Они улыбнулись друг другу, старые друзья.
– Ты еще побудешь или как?
Касс покачала головой:
– В понедельник приедут перевозчики. А когда поступят деньги за сделку, Уэрф перешлет мне чек.
– Куда перешлет?
– В Боулдер, штат Колорадо.
– Почему, ради всего святого?
– А почему нет?
Салли пожал плечами:
– Ладно, дело твое.
– Вот именно.
От ее уверенности Салли сделалось не по себе.
– Зато Руф вернулся – правда, Руфус? – заметил Салли. – Не понравилось тебе в Северной Каролине?
Руф закончил скоблить гриль и отбросил кусок угля в сторону.
– Там одни лентяи, – произнес он с неожиданной запальчивостью. – Мои внуки. Если ты работаешь, они считают тебя дураком. И без работы можно иметь столько же. И еще где-то что-то стянуть по мелочи. Ты что, совсем без мозгов, говорят мне они. Работаешь, как негр. А я им ответил: не знаю, как вы, а я негр и есть. Работящий негр.
Салли взглянул на Касс, та тоже явно не ожидала такого. Руф за все предыдущие годы не произнес столько слов. И вот сейчас будто высказал все, что накопилось за двадцать лет.
– В работе нет ничего плохого, кроме зарплаты. – Руф полил гриль уксусом, вызвав облако едкого дыма.
Салли шарахнулся от удушливой вони.
– И еще условий.






