Он боялся зайти в дом и увидеть, что там чужак, что осквернен его единственный дом и у него не осталось ничего. Мальчик стоял рядом с могилой матери, небольшим холмиком и вбитым в него деревянным крестом с надписью «Марта», и смотрел на огонек в окне. Волк покосился на него и уверенно пошел к дому. Он никогда бы не пошел так спокойно к чужому человеку, значит, там кто-то свой, значит, кто-то...
Гриша подбежал к дому, толкнул дверь, ввалился внутрь и увидел, как оборачивается тетя, стоящая рядом с корзиной, в которой спала Танечка. Он кинулся к ней, прижался, обнял двумя руками, разрыдался и рыдал, пока тетя говорила («Слава богу, мальчик мой»), — рыдал, пока она рассказывала, как они собирали вещи, пока дядя Саша отвлекал деревенских стрельбой, как взорвали дом, чтобы отвлечь этих идиотов и сбежать через задний двор. Как она с Танечкой пошла домой, а бабушка с отцом сидели в кустах у дороги и ждали Гришу, а дядя с волком прятались за сараями.
Они с самого утра заметили, что его нет, пошли к Анке, и ее бабушка сказала, что он уехал в город вместе с матерью Анки, и они были просто в ярости, пытались ей дозвониться, но сигнала не было, а когда он появлялся — та не брала трубку. Злее всех была бабушка, но после всего, что произошло, ей, наверное, уже наплевать. И что все хорошо, и не нужно плакать, черт с ним, с домом, такой он был убогий, сгорел и сгорел, главное, что все живы и здоровы.
Когда мальчик успокоился, они сели на диван и тихо разговаривали час, а может больше.
— Анна правда умерла? — спросил Гриша.
— Да, думаю, правда, — ответила тетя.
— Я догадался, кто ее убил.
— Кто?
— Тот дед со скособоченным лицом. Он странный.
— Ого, — удивилась тетя. — Может быть, ты знаешь, тоже подходит, у меня, правда, другая версия была. Я думаю, ее убил Венька, сын ее. А потом стал нас обвинять, чтобы подозрения от себя отвести. Так обвинял, что, может, и сам в это поверил. От чувства вины люди чего только не придумают, лишь бы не признаваться себе, что это они во всем виноваты.
Гриша задумался, такое ему даже в голову не приходило. Все же тетя была очень умной.
— Это как самим спалить деревню из-за пьянства, а потом придумать, что ее подожгли люди, которых там вообще не было? — догадался мальчик.
— Примерно. Погоди, это ты о чем? Какую деревню?
Мальчик сообразил, что напоминать тете о своем сегодняшнем исчезновении лишний раз не стоит, и начал лихорадочно думать, как бы сменить тему, но тут как раз волк вскочил с пола и посмотрел на входную дверь.
Гриша выглянул в окно. По лесу шли бабушка, отец и дядя, у каждого было по две сумки в руках. Бабушка шла впереди, ее седые волосы были распущены, лицо напряжено, и она была похожа на древнюю лесную колдунью. Очень сильную и очень красивую. Отец и дядя шли следом, о чем-то тихо разговаривая.






