ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дэвид Брин – американский писатель-фантаст, создатель прославленного цикла «Возвышение», сделавшего его одним из самых популярных авторов «жесткой НФ» 80-х годов XX века. Уже второе произведение Брина, «Звездный прилив», удостоилось трех престижнейших наград – «Хьюго», «Небьюлы» и «Локуса». Среди многочисленных литературных экспериментов Дэвида Брина – постапокалиптический роман «Почтальон», экранизированный Кевином Костнером, роман-катастрофа «Земля» о столкновении нашей планеты с черной дырой и, конечно же, «Бытие» – повествующий об инопланетном артефакте, меняющем жизнь миллионов землян.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Предположим, мы найдем настоящую панацею, способ процветать… дорогу через Минное поле Бытия… и тогда космос, возможно, снова изменится, заполнится голосами и разнообразием. Приключениями и мудростью. Благодаря нам галактика вернется к жизни.

Лейси, довольная, опустилась на подушки. Сон во сне завершает хороший день. Более того, теперь она не сомневалась, что футболка завтра исчезнет.

Но один вопрос оставался. Почему оракул говорил так туманно?

Ну разумеется. Потому что оставался выбор: истинным должно было стать одно из этих двух значений. Нужно сочетание зрелости и вечной молодости – радостная готовность ко всему! Проворство. И забота. И работа.

«От всех нас», – подумала она. И блаженно уснула.

БЕСКОНЕЧНОСТЬ

Я прихожу в себя. Она сидит передо мной поджав ноги, и я понимаю, что она здесь уже какое-то время, ухаживает за мной как садовник. Или мать.

Я знаю о садовниках только по земным картинам. То же и о матерях. Кроме моей собственной…

Большие машины под яркими в вакууме звездами. Руки роботов, собирающие меня под маленьким красным солнцем…

Она наклоняется ко мне, гибкая, стройная, с человеческими конечностями, постукивает пальцем пониже моих окуляров. Всматривается в них вначале одним глазом с карим зрачком, потом другим.

– Ага! Наконец кто-то дома. Говорить можешь?

Поле зрения расширяется и углубляется. Я смотрю мимо нее на царство, подобного которому никогда раньше не видел. Это комфортный черный холод космоса. Не разделенные пленками слои Земли, голубые и белые на зеленом и коричневом. Здесь вертикальному направлению не мешает сила тяжести. Размерность кажется безграничной. Мое ощущение масштаба частично искажено. Облака кажутся живыми.

И все же – я понимаю – это и не один из тесных кристаллических миров. Он что-то берет у всех их… расширяет их.

– Ну?

Ее вопрос подталкивает меня. Откуда-то из-под моих окуляров исходят слова; этот способ общения кажется мне каким-то слишком животным и необычным.

– Я… тебя помню.

– Еще бы! – Она улыбается. – Мы с тобой провели много времени вместе. Вверху и внизу. Доверие и предательство. Дружба и ненависть. Испуг и необычность.

Я невольно шевелюсь: согласно киваю.

– Тор. Тебя зовут Тор.

Снова теплая улыбка.

– Отлично. Теперь скажи, как зовут тебя.

Я молчу. Какое-то время уходит на поиск – я словно открываю частично заполненные ящики.

– Я был… Я Искатель.

Ее одобрение доставляет мне удовольствие. Ощущение привлекательное, но тревожное.

– Отлично. Теперь попытайся встать, как это делаю я. Представь это себе.

Я никогда раньше не пытался это сделать. Но она терпеливо помогает, пока я не начинаю ковылять в слабом тяготении. Глядя вниз, я вижу две длинные тонкие ноги, заканчивающиеся нелепыми ступнями, бледными и мягкими. Камешки скрипят под… наверное, это пальцы ног.