Могильщик понимал, что спорить с белыми полицейскими бесполезно: в полиции ведь знали, как в действительности было дело, и перевирали эту историю нарочно, чтобы Гробовщика подразнить.
Перепалка продолжалась не больше минуты, но за это время великан успел уйти. Со стороны Риверсайд-драйв парк был ухоженным и хорошо просматривался, однако, плавно спускаясь под гору, туда, где проходила шестирядная Западная автомагистраль, а за решеткой тянулась железная дорога, по которой из Нью-Йорка шли товарные поезда, превращался в настоящие джунгли.
Полицейский услышал, как великан продирается сквозь густой кустарник, и закричал:
— Он побежал к реке!
Погоня возобновилась. В историю об ограблении и убийстве не поверил никто.
— Пусть сами его ловят, — не без злорадства сказал Могильщик.
— Пусть, я не против, — откликнулся Гробовщик. — Он так далеко оторвался, что им его все равно не поймать.
Могильщик снял фетровую шляпу и отер ладонью пот, выступивший из-под коротко остриженных курчавых волос.
Они обменялись взглядом людей, привыкших за много лет совместной работы понимать друг друга с полуслова.
— Думаешь, тут что-то есть? — спросил Могильщик.
— Попробуем выяснить. Вот будет фокус, если за то время, пока разыгрывалась вся эта комедия, кого-то действительно грабили и убивали.
— Представляю, какой тогда подымется шум. Гробовщик подошел к газону, посмотрел на карлика, нагнулся и пощупал ему пульс.
— Ну, что скажешь про своего дружка, Джейк?
— Он никуда отсюда не денется. Еще успеешь с ним поговорить, — сказал Могильщик. — Пошли. Ведь не исключено, что этот полоумный верзила по кличке Мизинец говорил правду.
2
К этому времени Риверсайд-драйв окончательно пробудилась от сна. Из выходящих на улицу темных окон высовывались похожие на привидения испуганные жильцы; квартиры окнами во двор, наоборот, были ярко освещены, как будто только что началась война.
Дом, который искали детективы, оказался девятиэтажным кирпичным зданием со стеклянными дверьми, за которыми виден был тускло освещенный вестибюль. Дверь была на ночь заперта. Рядом с блестящей хромированной табличкой «Управляющий» торчала кнопка звонка. Гробовщик уже протянул к звонку руку, но Могильщик, покачав головой, его остановил.
Несмотря на то что улица была забита пожарными и патрульными машинами, полицейскими в форме и пожарными в касках, выглядывавшие из окон жильцы смотрели на двух чернокожих с нескрываемой опаской.
Гробовщик заметил это и сказал:
— Они, наверно, приняли нас за взломщиков.
— Аза кого, по-твоему, они должны принять двух цветных, которые забрели ночью в белый район? — усмехнулся Могильщик. — Если б я в это время суток увидел в Гарлеме двух белых, то наверняка решил бы, что они блядей ищут.
— И был бы прав.
— Не больше, чем жильцы этого дома.






