ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ее платья – слишком облегающие, ее каблуки – слишком высокие. Она смеется чересчур громко, ест, позабыв о приличиях, а ее язычок такой острый, что не всякий рискнет перейти ей дорогу. Мало кто знает, что за маской уверенной в себе женщины прячется та, кто боится каждого шороха. Но на публике Джианна никогда не потеряет лица…по крайней мере, так она думала, пока не появился он. Многие видят в нем образцового поборника нравственности, агента спецслужб, стоящего на защите закона. В криминальном подполье Нью-Йорка, впрочем, его знают как мошенника и убийцу с характером холоднее, чем сердце в его груди. Кристиан Аллистер всегда следовал жизненному пути, который распланировал для себя с юных лет, проведенных под яркими лампами в промозглой, сырой тюремной камере. Благодаря склонности к порядку и фиксации на числе три ему еще ни разу не доводилось сбиваться с намеченного курса. Но, возможно, не стоит быть столь уверенным в своем будущем. Одной зимней ночью их судьбы переплетаются. Она ненавидит его – его холодные манеры, его заносчивость, его слишком внимательный взгляд. Но с годами их игры во взаимные оскорбления превращаются в привычку. В планах Кристиана никогда не было Джианны. Она – само воплощение хаоса, совсем не в его вкусе и замужем, но ничего из этого не мешает ему каждый раз провожать ее взглядом. И все это время она не знала, что принадлежит ему: она его безумие и его вдохновение. Его самая сумасшедшая одержимость.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Ну, с момента нашего последнего сеанса прошло много времени, но на основании информации, полученной в ходе наших встреч, я бы сказала, что вы где-то в нижней части спектра ОКР. Мне кажется, ваше поведение – это скорее привычки, чем навязчивые действия. – Она сделала паузу, дав своей нерешительности и невысказанным словам повиснуть в воздухе, словно облакам дыма.

Не сводя с нее глаз, я взглядом велел ей продолжать.

Она сглотнула.

– А еще есть большие подозрения, что у вас антисоциальное расстройство личности. В том числе это касается манипуляций, использования других людей и, возможно, отсутствия эмпатии.

Психические расстройства и их диагнозы всегда казались мне скучными, но даже я знал, что антисоциальным расстройством личности называли социопатию.

Я дернул уголком губ.

– Звучит серьезно. Мне стоит волноваться?

Она поерзала, отводя глаза и скрестив ноги.

– Я часто задаюсь вопросом, как вы вообще прошли психологические тесты при приеме на работу.

– Видимо, диагнозы – вещь субъективная, не думаете?

– Это точно, – тихо сказала она. – Я знаю, что вы пришли сюда сегодня не за моей оценкой вашего психического состояния. Так что же привело вас ко мне?

Я посмотрел в окно, потирая рукой челюсть.

Ее задумчивый взгляд остановился на моем лице.

– Дайте угадаю. Вы здесь, потому что наконец получили то, чего всегда хотели, и теперь не знаете, как держать все под контролем?

Я посмотрел ей в глаза.

– У меня все под контролем.

Никогда в жизни не говорил большей лжи.

– Оно само, может быть. Но не ваши чувства.

Я стиснул зубы.

– Эта ваша «увлекающаяся натура»… просто диагноз, который вы выдумали, чтобы объяснить, почему это всегда было вам так нужно. Чтобы помочь себе понять, почему оно вас так привлекает, а значит, помочь себе и контролировать вашу реакцию на это. Но на самом деле все оказалось простой человеческой эмоцией. Может, она просто была сильнее для вас, потому что вы давно ее не испытывали, если испытывали вообще.

– Я перестаю вас понимать, Саша.

Она чуть улыбнулась.

– Да нет, вы все понимаете.

Она щелкнула ручкой. Один раз, два раза, три раза.

– Я думаю, теперь, когда вы это получили, вы боитесь его потерять. Может быть, вы не уверены, что достойны ее, хотя это и не имеет значения, потому что в конечном итоге вас это не волнует.

От меня не укрылось, что она сказала «ее».

– Я сюда не за советом по отношениям пришел.

– Нет. – Она грустно улыбнулась. – Вы пришли сюда, чтобы я вам сказала, что станет легче, что все пройдет и вы снова обретете контроль. Не станет и не пройдет. Любовь становится только хуже.

Я саркастично вздохнул.

– Я думал, вы считали это простой одержимостью.

– А вы разве не знали? Любовь и есть одержимость. Некоторые называют ее… самой сумасшедшей одержимостью.