Этот человек слышал историю о том, как я лишилась девственности, от моего мужа. Было бы честно и мне услышать его.
– Как ты лишился девственности?
Температура в комнате ушла в минус, дыхание замерзло в моих легких. Воздух стал горьким и ядовитым, как жало пчелы.
Он сел на край кровати и оперся локтями о колени. Его плечи напряглись, голос стал безэмоциональным.
– Выметайся.
Внутри меня все похолодело.
– Что?
– Я сказал, выметайся.
Горло сдавило от унижения и предательства.
Я поднялась, подобрала футболку с пола, накинула ее на себя и направилась к двери. На пороге я остановилась, потому что каждая клетка моего тела не хотела уходить.
– Если я сейчас выйду в эту дверь, то уже не вернусь, Кристиан. До тех пор, пока ты мне не ответишь.
Он не посмотрел на меня.
И не попытался остановить.
Я захлопнула за собой дверь своей квартиры и прислонилась к ней спиной. Было слишком пусто. Сожаления пожирали мою решимость, и вот я уже хотела развернуться и взять назад сказанные слова. Я хотела – мне было нужно – вернуться и исправить все, что пошло не так. Извиниться, умолять – что угодно. К счастью, моя гордость меня сдержала; я не собиралась позволить ему превратить меня во что-то настолько ничтожное.
В ту ночь я спала в своей кровати впервые за много недель. Было тихо. Немного холодно. По моей щеке скатилась слеза, и я сказала себе, что ненавижу его за то, что он делает со мной.
Но во мне не было ни капли ненависти к нему.
Это неуловимое чувство, так похожее на панику, но такое от нее далекое, было чем-то совсем другим.
Мое сердце болело с каждым вдохом, и я внезапно поняла, что это было за чувство.
* * *
– Levàntate!
Ловя ртом воздух, я подскочила на кровати, когда мне на голову полилась ледяная вода.
– Четыре часа дня, querida! Eres una vaga!
Она только что обозвала меня ленивой задницей, но у меня даже не было сил возмутиться. Я была в депрессии. И не только потому, что не видела Кристиана и не разговаривала с ним уже два дня, но потому что мне казалось, что я его люблю. И я не знала, что делать с этим чувством. И куда его девать теперь, когда оно перестало умещаться в моей груди. И как от него избавиться, если он наконец поймет, что мы все-таки несовместимы.
Мы с ним были полными противоположностями. В нас не было никакого смысла.
Но внезапно без него все казалось неправильным.
Магдалена открыла окно.
– А я говорила тебе не связываться с тем мужчиной, señorita, а ты меня не слушала.
Она ничего такого не говорила. Она один раз видела его, когда я выгоняла ее из квартиры, еще до того, как у нас с Кристианом начались отношения. Она вытаращила на него глаза и сказала мне выйти за него замуж. Что у нас были бы самые красивые детки и все бы нам обзавидовались. Он слышал каждое слово. Но для него это, видимо, было в порядке вещей, потому что он и бровью не повел.






