ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ее платья – слишком облегающие, ее каблуки – слишком высокие. Она смеется чересчур громко, ест, позабыв о приличиях, а ее язычок такой острый, что не всякий рискнет перейти ей дорогу. Мало кто знает, что за маской уверенной в себе женщины прячется та, кто боится каждого шороха. Но на публике Джианна никогда не потеряет лица…по крайней мере, так она думала, пока не появился он. Многие видят в нем образцового поборника нравственности, агента спецслужб, стоящего на защите закона. В криминальном подполье Нью-Йорка, впрочем, его знают как мошенника и убийцу с характером холоднее, чем сердце в его груди. Кристиан Аллистер всегда следовал жизненному пути, который распланировал для себя с юных лет, проведенных под яркими лампами в промозглой, сырой тюремной камере. Благодаря склонности к порядку и фиксации на числе три ему еще ни разу не доводилось сбиваться с намеченного курса. Но, возможно, не стоит быть столь уверенным в своем будущем. Одной зимней ночью их судьбы переплетаются. Она ненавидит его – его холодные манеры, его заносчивость, его слишком внимательный взгляд. Но с годами их игры во взаимные оскорбления превращаются в привычку. В планах Кристиана никогда не было Джианны. Она – само воплощение хаоса, совсем не в его вкусе и замужем, но ничего из этого не мешает ему каждый раз провожать ее взглядом. И все это время она не знала, что принадлежит ему: она его безумие и его вдохновение. Его самая сумасшедшая одержимость.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но месячные есть месячные, верно?

Выполнив все инструкции, я положила тест на раковину и села на край ванны в ожидании.

Пожевала губу.

Проверила, не секутся ли кончики.

Постучала ногой по полу.

Боже, ну что за цирк.

Поднялась на ноги, прошла к раковине и взяла тест.

Что-то задрожало внутри меня. Сначала медленно, где-то во внутренностях. Потом дрожь прошлась по венам и начала щипать в глазах. А потом дошла до сердца и сжала его в тисках, оставив натянутое, теплое ощущение.

Я сползла по двери ванной на пол, глядя на две розовые линии.

А потом разревелась.

* * *

На следующее утро я проснулась у него дома, поняв, что, видимо, уснула, не дождавшись, пока он вернется. Я могла проспать все что угодно – но когда провела рукой по его стороне кровати, простыни оказались все еще холодными.

Я приняла душ и стала готовиться к визиту к врачу, который запланировала на прошлой неделе по поводу противозачаточных. Было похоже, что они мне уже были не нужны, но я все еще отказывалась верить, что беременна. Меня напрягало кровотечение и его потенциальные причины. И я волновалась о том, что не принимаю дородовые витамины, о бокале вина, который выпила за ужином, и о жестком сексе, что был у нас в промежутках. Хотя последнее, вероятно, меня сюда и привело, так что, может, страх был немного иррационален.

Перед визитом к врачу я сделала две остановки. Одну в банке, одну у Вал. Я всучила ей в руки двадцать тысяч, как только она открыла дверь в своем шелковом халате. Ее смех преследовал меня всю дорогу до тротуара.

Сидя в комнате ожидания, я отправила Кристиану сообщение с просьбой встретиться в полдень. Оно отметилось прочитанным, но он ничего не ответил. Пухленькая медсестра с дружелюбной улыбкой выкрикнула мое имя. Я вытерла вспотевшие ладони о платье, глубоко вздохнула и пошла за ней.

Это называлось прорывными кровотечениями. Учитывая, что я была уже одиннадцать недель как беременна и УЗИ не выявило никаких проблем, доктора это никак не взволновало. По моим прикидкам, это значило, что забеременела я в самый первый раз, когда мы с Кристианом занялись сексом. Меньшего от этого человека ожидать не стоило.

В полдень я сидела на лавочке с пакетом, набитым всеми дородовыми витаминами, которые только нашлись в аптеке, а еще с восторгом и страхом перед неизвестным. Я боялась за ребенка, боялась, что все испорчу, потому что у меня самой было не лучшее детство, чтобы извлекать из него уроки. Но впервые в жизни мне казалось, что что-то пошло как надо.

Теперь нужно было только, чтобы Кристиан тоже так решил.

Я оторвала кусок хлеба.

– Эй, цыпа-цыпа.

– Пытаешься понять, как дошла до жизни такой?

Мое сердце замерло от гулкого звука его голоса, но я не сразу подняла на него взгляд. Зрительный контакт вызвал бы слишком много эмоций, а я еще не была к этому готова.