– Анна, – начал он шутливым официальным тоном, – прелюбодействовать средь бела дня – это большой грех.
– Согласна, – вздохнула женщина. – Но еще больший грех отпускать от себя неудовлетворенного мужчину.
– Так ты только хочешь исполнить супружеский долг, – разочарованно протянул он.
– Конечно. А ты что подумал? – пряча лукавый взгляд, поддержала она его игру.
– Ну тогда простите, сударыня, я вынужден напомнить вам, что солнце уже встало и мне надлежит заняться делами. – Он отвернулся и сделал пару шагов к двери, но был остановлен возмущенным голосом жены:
– Сэр. А как же вы?
– Что я?
– Вы не хотите исполнить свой супружеский долг?
– Но…
– Никаких «но», сэр. Извольте не отлынивать.
Через пару часов они все же смогли спуститься в гостиную, где их встретила лукавым взглядом Элли. Стол был уже накрыт – не хватало только горячего и хозяев, чтобы священнодейство под названием «завтрак» все же состоялось.
Встретившись взглядом со служанкой, Андрей шутливо нахохлился и с вызовом выпалил:
– Что?
– Ничего, сэр.
– Так-таки и ничего?
– Нет, сэр.
– Ну и все.
– Да, сэр.
– Что «да, сэр»?
– Прикажете накрывать?
– Давай, я сейчас быка съем.
– Слушаюсь. – Элли мышкой юркнула на кухню, но все же не справилась с собой и, не успев закрыть за собой дверь, прыснула безудержным смехом.
Андрей, задорно улыбаясь, обернулся к жене и, нарочито строго взглянув в ее смеющиеся глаза, вновь оседлал своего конька:
– Что?
– Да ничего, сэр, – с нарочитой серьезностью, подобно Элли, проговорила Анна.
– Вы что, сговорились?
– А чего тут сговариваться, если ты так уморительно себя ведешь, – не выдержав, прыснула смехом его жена.
– Ну уже и подурачиться нельзя. А может, я счастлив.
– И слава Создателю, что это так.
– Кстати, ты заметила круги под глазами у Элли? Видать, тоже не выспалась. Но вид довольный.
– Андрэ, – с укоризной, заливаясь краской и воровато взглянув на дверь кухни, проговорила Анна.
– Все, все. Буду серьезным.
Как падре Патрик умудрялся подбирать момент, было просто загадкой, но едва завтрак появился на столе, он был уже тут как тут. Элли привычно, сноровисто сервировала дополнительный прибор, и падре, по давно заведенной традиции, присоединился к их завтраку.
Однако традиция была нарушена несвоевременным появлением инквизитора. Святоша вошел по-хозяйски и с нарочитым смирением служителя Господа застыл перед сидевшими за столом.
– Брат Горонфло, доброе утро. Не присоединитесь ли к нашей скромной трапезе? – Как ни раздражал его вид инквизитора, Андрей все же решил проявить любезность.
– Доброе утро, сын мой. Благодарю, но я уже завтракал. Меня привели к вам неотложные дела.
– Что же, пройдемте в мой кабинет.






