Вскоре стало невозможно разобрать, что в них было написано и кому это недооцененное богатство следует вернуть. Только одному из листов необычайно повезло. Ветер поднял его над крышами и качал над землей до самого утра, охраняя его слова от придорожной грязи. Утром желтый лист, как когда-то отважный Жан Франсуа Пилатр де Розье с напарником на воздушном шаре братьев Монгольфье, наконец-то вернулся на землю. Он упал на плечо одному месье, затем не спеша соскользнул по его груди и разлегся у ног.
Незнакомец поднял бумагу, перевернул, прочитал несколько раз заголовок и засунул листок во внутренний карман, где носил свой первый написанный роман. Он держал свою книгу у самого сердца, оберегал, будто эта рукопись была самым ценным, самым дорогим в его жизни. Наверно, так оно и было – единственный экземпляр книги и шанс на восхождение. Он придумывал ее на босоногой дороге, писал ее в замке нищеты, читал ее в лесах одиночества и восхищался ею под липкими опорами грязного моста, ведущего в царство прелюбодеяний. Перед тем как уснуть, он прятал рукопись, чтобы ее никто не украл, а поутру всегда проверял, на месте ли она. Возможно, кто-то и назвал бы этого юношу слабоумным, которому свойственна шизофрения, ведь пачка исписанной бумаги вряд ли была способна кого-либо озолотить, но для него она являлась целым миром, волшебством, пророчеством, предназначенным уберечь его будущее, сохранив доброе имя писателя на пьедестальных полках крупнейших библиотек. Поэтому он был готов зубами вцепиться в горло любому, кто посягнет на роман. Голыми руками, даже ценой собственной жизни, он был готов драться, чтобы сохранить великое таинство написанных им слов.
Глава вторая. Джулиан Реилли
Глава вторая. Джулиан Реилли
Когда листок с надписью «Типография месье Шенье» упал к ногам писателя, тот распознал в этом знак свыше.
– Типография, как это символично. – И он зашагал вниз по улице в направлении набережной, на которой красовался роскошный особняк графини де Тремор.
Этого высокого, в меру худого молодого человека с копной густых русых волос, перевязанных белой ленточкой, и сверкающими карими глазами звали Джулиан Реилли. Ему было восемнадцать лет, но в свои юные годы он уже умудрился повидать и пережить то, о чем даже и подозревать не могли его сверстники. Родился Джулиан в маленькой деревушке недалеко от города Монпелье на юге страны в самом начале лета 1791 года во времена, когда мир вокруг был истерзан революционной лихорадкой, голодом и неутихающей ненавистью к собственному прошлому. Родовые схватки настигли его молодую мать совершенно неожиданно, и ребенок появился на свет в крестьянской повозке теплым июньским вечером.






