Отец заработал достаточно, чтоб несколько последующих поколений не бедствовали.
Папа старше матери на десять лет. Они принадлежали разным мирам. Я улыбаюсь: звучит фантастически. Мать торговала бельём на рынке, отец по рынкам не ходил. Не знаю в какой точке мира произошел надлом, и они встретились, но такова судьба. Наверное мне и моему старшему брату нужно было родиться в союзе этих двух совершенно разных людей.
Вот так и получилось: я – вылитая копия матери с характером отца, брат – наоборот – похож на отца, но унаследовал материнский нрав.
Мать сбежала с третьего курса экономического, и работала на рынке со своей тёткой. Родителей у нее не было. Предыстория печальная: их лишили родительских прав.
Некоторым людям, наверное, не нужно рожать детей, и моей матери это касается тоже.
Мама всегда была хорошенькой: высокая, худенькая, кудрявая и русоволосая. Так и привлекла отца. К счастью глаза у меня не голубые, как у нее, а папины – карие.
Отец женился на матери, и теперь у неё целая сеть магазинов нижнего белья…
Папа всегда напоминал мне повзрослевшего принца Эрика из диснеевского мультфильма о русалочке: он был высокий брюнет и всегда улыбался так тепло и нежно.
В детстве мне искренне казалось, что он выбрал в жены не настоящую русалочку, а ведьму Урсулу, что притворялась ей…
Родительский дом страшил меня. Мать обставила его по своему вкусу, и он мне совсем не нравился, даже пугал. В нем не было ярких красок, он походил на ледяной дворец снежной королевы, с острой мебелью в одной цветовой гамме.
Вообще все было острым, скользким и холодным в доме. Так я глядела на мир дома детскими глазами. Я знала весь гардероб матери, всю ее обувь, а это были самые разные туфли на шпильках. Она меняла их каждый день. Я узнавала, что она идёт ко мне по звукам каблуков.
Я видела красивые стройные голени с тонкими щиколотками, и слышала приглушённый ее (матери) голос. Но она не обращалась ко мне, не звала меня. Она разговаривала с няней. Я разглядывала носки ее туфель, мне казалось это увлекательным и забавным, но я не помню, что видела ее руки. Она не наклонялась ко мне и не обнимала. Я даже не помню её запаха. Мне хотелось учуять маму, потрогать ее щеки, заглянуть в глаза, но она так и осталась для меня неизученным инопланетным существом в ярких туфлях.
Фантазирую, от нее пахло вкусным дорогим парфюмом… Будучи чуть старше я и предположила идею, что папа по ошибке женился на Урсуле, иначе я не могла взять в толк, зачем она мне демонстрировала свои идеальные ноги?! Чтоб хвастаться, конечно же! Это были ноги, а не щупальца осьминожки! На самом деле я просто была ей неинтересна, но мне понравилась идея с разоблачением Урсулы…
С папой все было по-другому. Я помню его широкую грудь, большие руки и улыбающееся лицо.






