Нянькам тоже не нравились мои поделки, они совсем не реагировали на них, им было важнее удовлетворение моих физиологических потребностей – это и было их работой. Именно в те моменты одиночества, когда рядом находилось много людей, но никому не было дела до моих чувств, со мной что-то произошло. Я спрятала рисунки и поделки и стала очень-очень тихой и замкнутой. Наверное, это оказалось всем в радость: бесшумный молчаливый ребёнок – наверное, счастье для любой няньки или родителя…
Мужчины – папины друзья и знакомые или коллеги по работе были, как на подбор, мягки со мной. Мне нравилось, когда приходили папины гости. Я любила усесться папе на колени и разглядывать всех. Было очень интересно и безопасно…
Конечно, повзрослев, я не глядела на мир так контрастно: женщины-матери – холодные, мужчины-отцы – теплые. Не все так полярно, но как бы то ни было общий язык я лучше находила именно с мужчинами.
С папой много теплых воспоминаний, хотя я нечасто видела его из-за работы. Они с матерью спали в разных комнатах, и когда мне было страшно, я бежала к нему под одеяло. Я верила, что папа спасет меня от чертей и призраков. И однажды папа-волшебник подарил мне талисман от кошмаров – он принес из кухни корочку черного хлеба, поцеловал и положил мне в ладошку. Его нужно было спрятать под подушку перед сном, и тогда ночь пройдет спокойно, быстро и безопасно.
Папин талисман охранял мои сновидения…
Проходили годы, я росла, и житье в родительском доме становилось все невыносимее. Равнодушная Урсула и теплый, но отсутствующий принц Эрик, занятый работой, были несостоявшимися родителями, пусть и отца я очень любила и всегда ждала. Правда, я больше помню чувства грусти и печали в бесконечном ожидании, а счастье короткой встречи ощущалось призрачно, будто проблеск солнечного луча в затянутом облаками небе.
Когда в мою комнату стал пробираться старший брат, дом и вовсе казался гигантским драгоценным камнем, сияние которого режет глаза, и хочется плакать…
Я пряталась от одиночества в книжках. Мне нравилось фантазировать и сочинять истории. Изначально родители вдохновили меня поглядеть на семью, как на диснеевский мультфильм, только с небольшими моими поправками. Сказка в моих фантазиях пошла наперекосяк, потому что папа-принц женился не на той принцессе. Себя же я видела плодом этой роковой ошибки, несчастной русалочкой, лишённой хвоста и изгнанной на землю. Я мечтала, что однажды всё-таки обернусь русалочкой и вернусь в море…
А вот кем был старший брат?
3
3
Артур был желанным ребёнком. Он старше меня на десять лет, как и отец мать. Мать очень любит его и, уверена, он в детстве был удостоен ее объятий, а не демонстрации острых шпилек. Его она называла нежно «сынок», меня же низко и, словно разочаровано, «эта девочка».






