ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У него осталось лишь имя и еще горячее желание убить мага, что превратил его в создание быстрое, смертоносное и абсолютно преданное хозяину. Правда, с преданностью дело как-то не заладилось, но стоит ли о том говорить? Вот Миха и не стал. Просто подождал удобного момента, чтобы перерезать глотку магу и свалить из проклятого города. Куда? ... Не важно. Мир велик, а на просторах Империи, глядишь, и сыщется место для дикаря с легкой амнезией. Если же нет, то Миха что-нибудь придумает. В конце концов, какие у него варианты?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И главное, с полной серьезностью, то ли венец-таки мозги придавил, то ли все же воспитание сказалось, но слушает.

Руки в руках.

Клинок.

Капля крови на острие. И капля эта мажет и без того уже не слишком чистые пальцы барона. А он спешит оставить след на лбу клянущегося. Точно средневековье. Никакой гигиены.

Миха, признаться, заскучал немного.

Наверное, ему стоило бы отступить, куда-нибудь к стеночке, а то и вовсе выйти тихонько, не мешая людям приносить присягу, но он вот стоял.

Слушал.

Смотрел.

Пытался запомнить, но быстро бросил, ограничившись парой-тройкой характерных морд. Вот Арвис. Хмур и тоже сосредоточен. Подходит сразу после баронессы. И это говорит, что в местной иерархии Арвис занимает весьма высокое положение.

За ним следует стража.

И еще стража. Снова стража. Потом толстый мужичок с лысиной и ключами на поясе. Он дрожит и как-то слишком уж часто кланяется. За ним — женщина.

Снова мужчина.

И женщина.

Замковые слуги. Их слишком много. И мальчишка устал. Теперь Миха явно видит и эту усталость, и желание убраться куда подальше. Но клятва.

Слова.

Сила, которая становится свидетелем этих слов. Кровь. Крови слишком уж много. А еще кажется, что этот, людской поток, никогда не иссякнет. Однако нет. Вот робко, боясь оторвать взгляд от пола, подходит бледная девица. Её голос почти не слышен, а вид крови ввергает девицу в состояние, близкое к обмороку.

И все.

Почти.

— А маги, — Миха говорит негромко, но тишина в зале стоит гулкая и торжественная, а потому сказанные слова слышны всем. — Они не будут клясться?

— Нет, — Винченцо подходит. Он бледен и кажется на диво изможденным, не отпускает ощущение, что он вообще с трудом держится на ногах. А еще и сестрицу свою, пребывающую в полубессознательном состоянии, придерживает. — Мы не вассалы доброго барона. А потому и клятву подобную не приносим.

Плохо.

То есть слово он дал, еще там, в деревне, но каким-то оно ненадежным выглядело, что ли. Да и сестрица его присоединиться к обещаниям не спешила.

— С магами принято заключать договор, — пришла на помощь баронесса. Вот с чего она вдруг так подобрела-то? Главное, смотрит на Миху почти ласково. Впору начинать бояться. — И условия его всякий раз иные. Думаю, мы обсудим их позже. Как и то, что делать с… остальными.

А вот тут в голосе звякнула сталь.

— И твоей невестой.

— Девочку не обижать, — предупредил Миха. И как-то оно довольно угрожающе вышло. Баронесса хмыкнула и сказала:

— Де Варрены держат слово. И клянусь, что не умышляю зла против этого ребенка.

Какие все вокруг неумышляющие собрались.

Впору порадоваться.

А не выходит.

— А теперь, — баронесса хлопнула в ладоши. — Пора праздновать! Да будет пир! И Эльнус, пусть рабов тоже накормят досыта, выдели им бочку эля, пусть славят доброту господина.