Дорогая мисс Кэтрин, – повторил Майк уже спокойнее, обращаясь ко мне, – позвольте пригласить Вас на танец!
Напряжение висело в воздухе, как густой туман. Я смотрела то на одного, то на другого. Часть меня была в ужасе от этой конфронтации, но другая часть… задета, возмущена этим тоном. Он что, запрещает?
И тогда я быстро приняла решение, чтобы наказать его за эту властность, чтобы вернуть контроль, и чтобы скрыть свое собственное смятение.
– Вы как раз вовремя! Я тут уже замерзала! – Мой голос прозвенел, как колокольчик, полный радостного облегчения.
Я легко проскользнула мимо окаменевшего Уорена и приняла руку Майка, одарив его не просто улыбкой, а целым сиянием, таким ярким, какое Уорен не видел у меня никогда.
Краем глаза я поймала мимолетный шок в его глазах, уставившихся на мою руку на чужой руке, и Майк увлек меня обратно в шум и свет, хлопнув дверью.
Остаток вечера я провела, поддавшись головокружительной атмосфере, за что была бесконечно благодарна моему другу Майку. Теперь я могла его так назвать. Медовая настойка полилась рекой, Стражники угощали всех. Молодые давно скрылись от любопытных глаз. Дак более не отходил от Беатрис, которая потихоньку пришла в себя, после охватившего ее волнения.
На смену веселой музыке пришла медленная, и танцующие пары замедлили свои движения ей в такт. Мы с Майком стояли, прижавшись друг к другу и наслаждаясь этим теплым вечером. Майк нежно посматривал на меня, ничего не говоря, затем поймал мою руку и не отпустил, увлекая в сторону, где было темнее и пахло ночью.
Когда мы спрятались от посторонних глаз, нежным прикосновением двух пальцев к моему подбородку Майк повернул мою голову в свою сторону и, слегка склонившись, прежде чем страх или сомнение могли остановить меня, чуть коснулся моих губ своими. Он отстранился, посмотрел на мою реакцию и поцеловал меня второй раз. Теперь уже это был долгий поцелуй, который полностью окутал мои чувства своей нежностью.
Мир, будто, замер, вокруг ничего и никого не существовало, кроме нас, таких юных и неискушенных. Спустя долгие, как мне казалось, минуты мы смогли оторваться друг от друга и встретиться взглядами. Я была смущена, но, видя его такую искреннюю улыбку, не могла не ответить ему такой же. Мы соприкоснулись лбами, я улыбалась. А потом он привлек меня к себе, прижав к груди, и поцеловал в макушку.
– Ты знаешь, что ты – самое невероятное чудо, Кэтрин Динн? – сказал он мягким голосом, в котором чувствовалась улыбка. – Как же хорошо. Никто не придет за мной с ружьем, чтобы потребовать объяснений, – выдохнул он, и это было и странное, и забавное откровение одновременно.
– И никто не станет плести мне венок из полыни, чтобы очистить от твоего прикосновения, – в том же духе ответила она.






