ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Сердцебиение Кэндзи Маруяма, Борис Акунин Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад... Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад охваченный жарким дыханием уходящего лета, разом потускнел. Люди на привокзальной площади не успели и опомниться, как хлынул проливной дождь. Поползли вверх боковые стекла выстроившихся у стоянки такси, бросились к зданию вокзала те, кто ждал поезда, прочая публика устремилась ко входу в крытые торговые ряды. Небольшая сутолока и неразбериха — и нарушенное ненадолго спокойствие восстановилось. Все уже привыкли к этим неожиданным ливням, и сейчас ни один человек даже не остановился, чтобы взглянуть на потемневшее небо. Крупные капли с силой колотили по асфальту мостовой, по разноцветным крышам, смывая измучившие город пыль и зной. Дождь лил уже совсем не по-летнему — ровно, монотонно, без порывов ветра и раскатов грома. Я выключил кондиционер, заглушил мотор и слегка подкрутил боковое стекло, чтобы дождь не заливал сиденье. В воздухе запахло сентябрем. Пожухлая от солнца листва городских деревьев словно вздохнула с облегчением, а тяжело дышавший на соседнем сиденье пес спрятал свой длинный язык. — Ну, подождем еще немного, — сказал я ему. Этот лохмат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если бы он спросил, во сколько поезд, я бы ответил, что мы торопились и не успели заглянуть в расписание. Но полицейский не стал больше задавать вопросов. Второй внимательно осмотрел парня, заглянул на заднее сиденье, потом попросил открыть багажник

Я вышел под дождь и исполнил, что было велено. Надо будет в городе купить нам с парнем по зонту, совсем про это забыл.

— А в чем, собственно, дело? — спросил я.

Полицейский, не ответив, махнул следующей машине и пошел ей навстречу. Я сел за руль, стряхнул с волос и плеч дождевые капли и не спеша дал газ. Отъехав немного, посмотрел в зеркальце. Никто из полицейских не провожал нас взглядом, патрульный автомобиль следом не увязался. Слава богу, не стали парня обыскивать. Хотя кто знает, что еще ждет нас в городе. Сжав губы, я протяжно вздохнул. Парень сидел, скрестив руки на груди, и смотрел в потолок. Можно было особенно не гнать. Времени оставалось вполне достаточно.

Чем ближе мы подъезжали к городу, тем сильнее лил дождь. Эти тучи наверняка принесло не с гор, а с океана, вон они какие — черные, многослойные. Плохо дело. В такую погоду много народу на площади не соберется. Парню не удастся затеряться в толпе.

Надо не забыть про зонтики. Две штуки. Мне и парню. Их продают в супермаркете, где я обычно делаю покупки. Все равно прямо на площадь не проедешь — проспект сегодня закрыт для транспорта. На проезжей части я увидел регулировщиков, показывавших водителям, чтобы те ехали в объезд. Я вывернул руль вправо. На улице образовалась пробка. Собственно говоря, С. велел отвезти парня в город, и только. Тут уже город. Он же не просил меня отвести парня за ручку на площадь. Так что я мог бы остановиться и здесь, но парень ничего мне не говорил. Он сидел все с тем же отрешенным видом, закрыв глаза.

— Куда ехать? — спросил я. Молчит.

— Видите ли, мне не объяснили, куда именно вас отвезти, — снова попробовал я.

Ни слова в ответ. Все-таки он меня не слышит. Ладно, решу сам. Я повернул на узкую улочку, ведущую к супермаркету. На тротуарах почти не было прохожих, может, одна десятая по сравнению с обычным днем, даже меньше. В городе царила непривычная тишина.

Я исподтишка все время наблюдал за парнем. Можно сказать, глаз с него не сводил. Дышал он ровно, руки вроде не дрожали. Только губы были совсем сухими, даже потрескались.

На стоянке перед супермаркетом было пусто — становись где хочешь. Я покружил немного и пристроился возле самого выезда, поближе к улице. Выключил мотор, зажег сигарету. Штук десять уже выкурил с тех пор, как уехали с виллы. Дворники перестали очищать переднее стекло, и оно в момент покрылось каплями, все вокруг стало как в тумане. Да и снаружи нас, наверное, не видно, даже если пройти совсем рядом с машиной.

До десяти оставалось пятнадцать минут. Парень молчал. Я тоже.