ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Сердцебиение Кэндзи Маруяма, Борис Акунин Главная тема повести «Сердцебиение» — современный политический террор: автор пытается заглянуть в душу будущего убийцы. Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад... Небо как-то внезапно нахмурилось, и городок, еще несколько мгновений назад охваченный жарким дыханием уходящего лета, разом потускнел. Люди на привокзальной площади не успели и опомниться, как хлынул проливной дождь. Поползли вверх боковые стекла выстроившихся у стоянки такси, бросились к зданию вокзала те, кто ждал поезда, прочая публика устремилась ко входу в крытые торговые ряды. Небольшая сутолока и неразбериха — и нарушенное ненадолго спокойствие восстановилось. Все уже привыкли к этим неожиданным ливням, и сейчас ни один человек даже не остановился, чтобы взглянуть на потемневшее небо. Крупные капли с силой колотили по асфальту мостовой, по разноцветным крышам, смывая измучившие город пыль и зной. Дождь лил уже совсем не по-летнему — ровно, монотонно, без порывов ветра и раскатов грома. Я выключил кондиционер, заглушил мотор и слегка подкрутил боковое стекло, чтобы дождь не заливал сиденье. В воздухе запахло сентябрем. Пожухлая от солнца листва городских деревьев словно вздохнула с облегчением, а тяжело дышавший на соседнем сиденье пес спрятал свой длинный язык. — Ну, подождем еще немного, — сказал я ему. Этот лохмат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Один раскрыл над головой, второй зажал под мышкой и помчался назад, к машине. Без четырех минут десять. Надо спешить. Правда, поезд, возможно, прибывает не ровно в десять, а в начале одиннадцатого, время еще есть. Парень возьмет зонтик и попадет на вокзал как раз тогда, когда нужно. Что это еще за неожиданные штучки с кровью из носа? Сегодня должна пролиться совсем другая кровь.

В машине никого не было. Парень исчез. Я посмотрел по сторонам, выбежал на улицу. Нет. Неужели он отправился к вокзалу под таким ливнем без зонта? А вдруг стоило мне отойти, как он тут же рванул со всех ног в противоположную сторону? Не может быть! Нет, ни в коем случае. Он не такой. Я в него верю. Как же это я опоздал! Человек, идущий под проливным дождем без зонта, может привлечь внимание.

Я отправился на поиски, даже забыв вынуть ключ из замка зажигания. Вышел через пассаж на проспект. Тротуары кишели форменными фуражками, их было гораздо больше, чем прохожих. Основная масса полицейских, конечно, собралась на площади, но и здесь их тоже хватало — у каждого фонарного столба торчал постовой. Вот она, стена, во всей своей красе. Разве шанные на деревьях флажки набрякли от воды и понуро повисли. Редкие прохожие, главным образом отдыхающие, удивлялись наплыву полиции, они вертели головами, но не останавливались, спешили дальше. Кто станет околачиваться на улице в такой ливень? Парня нигде не было.

Часть площади огородили канатами, там темнели плотные шеренги полиции. Каждый раз, когда небо прочерчивала молния и гремел гром, шеренги, как по команде, задирали головы кверху. У выхода из вокзала ждал огромный черный автомобиль, очень похожий на лимузин С., и здесь же белели четыре мотоцикла эскорта. Немного в стороне стояло несколько крытых грузовиков и микроавтобусов. Под здоровенным тентом оранжевого цвета топтался духовой оркестр школьников. Со своими желтыми перьями на шапочках они были похожи на выводок цыплят. Ко входу в вокзал направилась группа солидных господ с торжественными лицами.

Сколько я ни высматривал парня, все было напрасно. Может, он на той стороне проспекта? Всех, кто шел на площадь, останавливали полицейские. Я тоже двинулся в том направлении. Наверное, парень на вокзале, где-нибудь в самом здании. Полицейский, подозрительно глядя на второй зонтик, торчавший у меня из-под мышки, спросил, зачем мне нужно на площадь. Я ответил, что встречаю гостя, и меня пропустили. Что, интересно, наплел парень?

Я быстро шел, лавируя между серыми автобусами и грузовиками, на которых сюда доставили всю эту ораву полицейских. На вокзале для обычных пассажиров оставили только половину зала ожидания и кафе на втором этаже. У турникетов и на платформах собралась плотная толпа из полицейских и встречающих.