Достаточно было прибавить девять месяцев, чтобы получить приблизительную дату вашего появления на свет. Ваша мать написала на бумажке номер телефона, и я пообещала звонить после 19 октября, никак иначе она со мной связаться не могла. «А если ребенок поторопится?» – спросила она. Я покачала головой, уверенная, что малыш останется со мной до положенного срока. Друзей в кабаре я предупредила: «Меня не будет четыре дня, но, если вы проговоритесь, я могу и не вернуться». Я рисковала. Мой патрон Сэм все докладывал Судковски, но его жена Ариэль прикрыла меня. Я рисковала, потому что другого выхода не было. Сегодня я осознаю, что ваш тайный приход в наш мир сродни чуду. У меня было четыре месяца, чтобы подготовить вас к разлуке со мной, не говоря об этом вслух. Я сказала себе: «Четыре месяца мы проживем вместе…» Днем я прятала вас под бандажом, а ночью ласкала. Читала стихи, пела песни – очень тихо, чтобы за стенкой не услышали. В четверг 19 октября 1972 года он сказал, что уезжает на четыре дня, как обычно, побросал вещи в сумку, взял Веру. Сначала я очень боялась, что это спектакль, что кто-то из коллег выдал меня, и сутки не трогалась с места. Не спала. Он не вернулся. 20 октября я позвонила Ханне. Мы встретились на улице Табль-Клодьен, как в первый раз. Я тысячу раз обернулась на пути от дома – проверяла, не идет ли он следом. Жан и Ханна ждали меня в машине. Я думала, они отвезут меня к врачу в Лионе, но мы выехали из города. Жан сказал: «Поедем к моей сестре, она придумает, что делать». Его сестра… Та, что подкармливала меня в школе, уверяя, что ей одной все не съесть. Я заснула на заднем сиденье. Разбудил меня голос Колетт. Она не ждала нас. Увидела меня. Узнала. «Это ты, Бланш?» Она совсем не изменилась. Я, впрочем, тоже. У нее в доме пахло воском. Я сняла утягивающий пояс. Выпустила тебя на волю. Мы поужинали вчетвером. В молчании. Колетт была не из тех, кто задает вопросы. Я за весь вечер так и не осмелилась взглянуть на Жана. Мне было стыдно, я чувствовала себя ужасно виноватой перед Ханной. Я была влюблена в него… Как бы поточнее выразиться? Без памяти, страстно. Сегодня мне шестьдесят один год, я не видела Жана с октября 1972 года, разве что по телевизору, но все еще люблю его. Как Колетт любит Эме, а Эме – Колетт. Такое сразу видно, потому что это редкость. Семь лет назад, когда я снова нашла Колетт и поселилась в вашей комнате, Аньес, она дала мне кассету, записанную Жаном в 1985-м, в Новый год… Пленка стерлась, так часто я ее слушала. Не знаю, успеете ли вы ее прослушать, прежде чем услышите меня, но мне кажется, что он через тридцать пять лет после нашей встречи заштопал кусочек моего сердца. Вечером 20 октября мы рано пошли спать. Колетт спросила, можно ли ей потрогать мой живот. – Я стану теткой. – Ребенок будет звать тебя тетей.

Об этой истории
Когда прошлое стучится в дверь, даже самые простые слова могут перевернуть всю жизнь. «Тата» – роман для тех, кто ищет тепло, поддержку и веру в лучшее. Эта история останется с вами надолго и напомнит: иногда самое главное – просто быть рядом. Долгожданная новинка Валери Перрен, самой любимой писательницы французов, переведенная на несколько языков. Тата – (ударение на последний слог) во французсом языке ласковое и неформальное обращение к родной тете. Часто используется детьми и взрослыми, чтобы подчеркнуть особую близкую связь и выразить силу любви. ... «Скончалась ваша тетя», – сообщает голос полицейского. Но Аньес понимает: это невозможно, ведь Колетт умерла три года назад. Ошибка? Совпадение имен? Чтобы опознать тело, Аньес возвращается в небольшой городок в Бургундии, который покинула много лет назад, но вместо ответов получает новые вопросы. Почему в качестве завещания незнакомка оставила диктофонные записи? Почему они адресованы Аньес? И если Колетт на самом деле умерла только сейчас, кто все эти годы покоится на кладбище? Я не стану торопиться. Буду слушать по чуть-чуть. Закрою глаза и положусь на случай. Пусть кассеты уподобятся книге, которую хочешь не проглотить, а смаковать. «Роман интригует с первой до последней страницы, заставляя жадно желать узнать, что же скрывала тетя Колетт. Перрен приглашает в путешествие, наполненное драмой, семейными тайнами и неожиданными открытиями. И оно не оставит равнодушным никого – ни героиню, ни читателей». – Лера Чебитько, редактор медиа «Горящая изба»





