Город живет своей жизнью. Гудит порт. Кричат чайки. Поют птицы. Люди идут навстречу, отворачиваясь от бьющего в лицо ветра. Мне же он пока дует в спину. На набережной, в основном, гуляют мамочки с детворой и пенсионеры. Любуюсь малышней и вдруг ловлю себя на том, что смотрю на молодых мамочек без зависти. Это добрый знак. И такое облегчение, что у меня на глазах выступают слезы.
Покупаю кофе в кофейне на колесах. И иду дальше, как вдруг слышу за спиной смутно знакомый голос:
– Даня, ну, хватит уже, а?! Нам еще папе нужно купить лекарства.
– О, Марин, привет, – улыбаюсь, разглядывая неуклюжего крепкого парня лет шести-семи, с которым не может совладать жена одного из Файбовских лучших пилотов.
Маринка как-то устало улыбается. Она лет на пять-семь старше меня. Выглядит хорошо, если вам по вкусу пышные формы. Всегда заряжалась ее жизнерадостностью и жалела, что мы не познакомились раньше, когда еще сохранялся шанс стать подругами, ведь чем старше мы становимся, тем сложнее с кем-то сблизиться. Сейчас же мы общаемся в основном урывками и по необходимости. От праздника до какого-нибудь ЧП.
– Привет, Дан. Привет. Решила прогуляться? – спрашивает Марина, поправляя сыну капюшон. Ветер треплет его так, будто хочет вырвать с корнем. Я усмехаюсь.
– Ага. Чудесная погодка.
– Если бы не ветер, – охотно соглашается Марина. – С другой стороны, а когда его нет?
– Точно, – улыбаюсь. – Ну, раз прогулка не задалась, может, посидим в кафешке? – неожиданно для себя приглашаю я.
– Ой, Дан. Я бы с радостью! Но Мишка мой разболелся жутко. Даже вылет с твоим сорвал. Мы до аптеки и назад…
– С моим?
– Ага. Они сегодня планировали. Ты не знала?
– Нет, – трясу головой, сведя брови над переносицей.
– Ну, это неудивительно. Для Мишки поле с генералом Файбом – целое событие. А для Германа Всеволодовича это, наверное, так, рутина.
Вылет… Вылет! Герман, что, полетит?! Нет, в этом нет ничего удивительного. Он же летчик-истребитель, но… Почему-то я думала, что с новой должностью всё это останется позади. Ему что, больше нечем заняться?!
– Рутина, – перекатываю на языке.
Марина смотрит вопросительно, но тут же отвлекается на сына, который носится по набережной, распугивая жирных чаек.
– Ну да, – продолжает она уже рассеянно. – Я тоже все никак не привыкну, что для них это обычное дело… Ну, кому я рассказываю? Ты и сама все знаешь.
Знаю. Конечно, знаю. Я вообще слишком много знаю о том, как виртуозно наши мужчины научились делать вид, что рисков не существует. Что для нас опасность – для них привычка. Обычные рабочие будни.
– Интересно, с кем он полетит теперь? – бормочу под нос. Марина на секунду задумывается.
– Без понятия. Миша говорит, что в последний раз Герман Всеволодович летал со Столяровым.






