ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она ненавидит его грубую силу, контроль и шрамы. Он презирает ее капризы и роскошь. ... Он охраняет ее жизнь, она — разрушает его душу. Это должно было остаться ненавистью — грязной, жгучей и абсолютно безопасной. Но чем ближе ее тело, тем сильнее он хочет завладеть ее душой. Чем больше он ее контролирует — тем сильнее ее порочная зависимость. В мире лжи, денег и опасности их одержимость становится игрой на выживание. И ни один из них не хочет останавливаться. *** Спецназовец со шрамами и стальной хваткой Избалованная красавица-мажорка «Тронь ее, и ты — труп» *** Двухтомник ✅Том первый

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Первым в глаза бросается то, что охраны стало как будто больше, и теперь это не парни в костюмах, к которым я привыкла, а здоровые туши в камуфляже без опознавательных знаков. У большинства в руках какое-то оружие — меня до сих пор дергает от вида всего, что может стрелять, особенно сейчас, когда Аггера нет рядом.

Живот непроизвольно наполняется холодом, когда почему-то — не знаю почему — вспоминаю тех двоих мужчин и стальной чемодан с приспособлением для верификации. Они приехали на другой машине и с происходящим перед домом все это вообще как будто никак не связано, но тревога нарастает по спирали.

Подумав пару минут, все-таки набираю Аггера — мы договорились, что будем на связи каждую минуту. На всякий случай. Сегодня его выходной и я знаю, что он собирался точно так же потратить его на сборы, чтобы завтра днем, под предлогом, то мы везем Гарма на тренировку, мы двоем выскользнули из дома — и уже не вернулись.

«Абонент находится вне зоны доступа сети...»

Я пробую перезвонить, но ничего не меняется.

Тревога начинает обрастать ледяными шипами.

Чтобы не свихнуться, отхожу от окна, сажусь на край кровати и притягиваю к себе дремающего вразвалку Гарма. Почему-то кажется, что если бы происходило что-то плохое, мой верный доберман точно бы не спал так, словно мы в бронированном бункере.

— Все хорошо, — говорю и себе, и псу, — он просто занят. Может быть где-то там, где нельзя держать телефон включенным.

Хотя даже в теории не могу представить, чтобы это могло быть за место. Но много ли я в принципе знаю — золотая аквариумная рыбка с одной извилиной?

Подумав немного, все же пишу ему:

«В доме чужие люди с оружием, никогда раньше таких не видела. Мне немного страшно. Где ты?»

Отметки «Доставлено» нет. Одна серая галочка — одинокая и беспомощная.

В дверь коротко, властно стучат. Я вздрагиваю, едва не выронив телефон.

— Александра Викторовна, отец просит вас пока не выходить из комнаты, — раздается голос одного из охранников, которые присматривают за мной, пока Аггера нет. Только сейчас он звучит жестко и даже почти грубо.

Бросаю короткое: «Угу» и на всякий случай прячу рюкзак под кровать, накидывая сверху покрывало до самого пола. Гарм, наконец, просыпается, вздергивает уши и прислушивается. Мы смотрим друг на друга с тем видом, который бывает у двух разумных существ, которые говорят на разных языка, но понимают друг друга на уровне инстинктов.

Проходит еще около часа — на улице становится тише, но шум тревоги внутри становится громче. Пару раз Гарм проходится по комнате, прислушиваясь к звукам за дверью, а потом и вовсе ложится перед ней, занимая позу сфинкса. Но на этот раз он явно напряжен — уши и ноздри постоянно подрагивают, а когда я присаживаюсь рядом, тихо коротко скулит и тычется носом мне в ладонь.