Обещал ведь Агате и Александру бассейн, нехорошо опять переносить.
Но раньше семи освободиться все равно не получилось. И ровно в семь, отпустив главу комитета и его коллег, император перенесся в детскую, к Виктории и детям, а затем, как и обещал, пошел вместе с ними в бассейн.
Жена еще с обеда была тиха и задумчива и почти не испытывала негативных эмоций, словно не до конца проснулась. Она смеялась и радовалась вместе с Агатой и Александром, иногда неуверенно поглядывала на Арена, словно хотела что-то сказать, но не решалась. Император надеялся, что и не решится – настроения терпеть скандалы у него не было совсем.
Через час Арен вытащил детей и жену из бассейна и повел на ужин. Агата и Алекс начали зевать почти сразу, как только вылезли из воды, так что затягивать он не стал. Быстро поужинали и отправились в детскую – укладываться. И книгу читать не пришлось – зевающие наследники торопливо умылись, залезли в кровати и сразу засопели.
– Устали, – прошептала Виктория, закрывая дверь в спальню детей. – Агата отвыкла от учебы, а с Алексом много занимается София. Если бы он спал днем…
Император улыбнулся – сын категорически отказывался засыпать без Агаты, а его девочке днем давно было не до сна.
– Я сама сегодня клюю носом. Проспала до самого обеда. Охранники сказали, ты велел меня не будить?
– Да. Передал им, когда уходил. Решил, что тебе нужно отдохнуть.
Жена закусила губу. Эмоции ее дрожали от неуверенности.
– Арен…
– Пойдем, – перебил ее император. – Я перенесу тебя в спальню.
Он подвел Викторию к камину и, подхватив на руки, шагнул в огонь. А когда вышел из пламени в комнате жены и поставил ее на ноги, она вцепилась в его плечи, притягивая к себе.
– Арен, сейчас только девять часов…
Удивительно, но в ее эмоциях не было знакомой ему жаркой и темной страсти. Лишь нерешительность и немного нежности.
Остаться с ней? Удовлетворить ее желания, усыпить, а затем уйти? На это не потребуется много времени, но… Арену совсем не хотелось трогать Викторию.
– Знаешь, что мне сказала Несс?.. – прервала жена его напряженные размышления. – Она сказала, что Аарону нравилось, когда она… губами… ну…
Сначала император вообще не понял, о чем идет речь. А потом, когда ощутил смущение супруги с небольшой примесью брезгливости, осознал и развеселился.
– Вик, то, что нравилось Аарону, совсем не обязательно должно нравиться мне. Забудь об этом.
– Несс сказала, всем мужчинам нравится, – пробормотала жена, опуская ладонь вниз, на его живот, а потом и еще ниже. – Хочешь?
Он вернул ее руку на место и резко сказал:
– Нет. Ты забываешь о том, что я эмпат, Вик. Как мне может нравиться то, от чего тебя подташнивает?
– Но Аарон…
– Несс по-другому относится к таким вещам. Забудь.






