Юлька недобро усмехнулась ― пусть поревнует, помучается, как она. И быстро набрала: «Так, о пустяках. А что?» «НИЧЕГО», ― пришел ответ, и Юлька видела, как запылали его уши. Артём по-прежнему сидел с Тарасом, а Марфушина пересела к Лапочке, и, склонив головы над телефоном, они что-то усердно писали. Через минуту Юлька узнала, что именно: «Озарёнок, будешь приставать к Вершинину, я тебе такую жизнь устрою, что Совет учреждения покажется раем». От Алисиной угрозы Юльке стало даже смешно, хотя в том, что она может ей это устроить, сомнений не было.
Володька еле заметно толкнул Юльку в бок. На полях его тетради карандашом было написано: «Вы с Вершининым родственники?»
У Юльки вытянулось лицо. Как он узнал?! И что ему ответить? Раскрыть тайну? Нет, это невозможно. Но впереди сидел Артём, и Юлька даже со своего места чувствовала, насколько он зол. Она радовалась, как радуется любая девчонка, когда ее ревнуют, но ей не хотелось, чтобы это перешло в ссору.
«Да», ― написала она Володьке.
«Я так и понял. Вы похожи. Брат?»
«Троюродный. А что?»
«Просто спасаю друга от убийства. Ну, и брата твоего заодно. От лютой смерти».
Юлька улыбнулась, а догадливый Володька деловито стер карандашный разговор.
Уходя на Совет учреждения, Юлька видела, как к Алисе подошел Митя. Он улыбнулся ей своей самой очаровательной улыбкой, забрал у нее сумку и повел в раздевалку, где, конечно же, подаст пальто, а потом проводит до дома. На ходу он поймал Юлькин взгляд и ей подмигнул. Алиса тоже встретилась с Юлькой глазами, с ног до головы окатила презрением. Вот, она добилась своего: Митя Вершинин собрался ее провожать и смотрит так, что вот-вот предложит встречаться, а может, и в любви признается. А чокнутая Озарёнок, опозоренная, несчастная, уничтоженная, идет на Совет учреждения. Алиса самодовольно вскинула голову. Она очень надеялась, что Юльку исключат из школы.
Юлька спрятала улыбку. Митя действительно придумал ход лучше некуда: теперь Алиса перестанет ревновать и отвяжется от нее. Юлька вздохнула, переступая порог учительской. Ей предстояла еще одна баталия. Но благодаря дяде Лёше она была к ней готова. А благодаря Мите ― спокойна и даже весела.
Светка Марфушина выскочила на крыльцо школы, на ходу застегивая пальто, и крикнула Лапочке в спину:
– Алиса!
Поскальзываясь на заледенелой дорожке, она добежала до подруги. Лицо Светки сияло: вот оно, Лапочка, свершилось! Вершинин тебя провожает, круто!
– Вы домой? Я с вами до остановки только! ― выпалила Марфушина на бегу.
– С чего это? ― надменные брови Лапочки поползли вверх. ― Иди со своими подругами до остановки.
И Лапочка взяла Вершинина под руку, вздохнув утомленно:
– Вечно прилипнет…
Светка Марфушина смотрела в спину удалявшейся Лапочке, и огромная черная дыра расползалась у нее в сердце.






