Она хотела крикнуть что-нибудь обидное в эту прямую, узкую спину, но горло сжало ледяной рукой, и слезы-горошины покатились по щекам, оставляя на пальто темные пятна.
– Что? Прогнала? ― услышала Светка за спиной равнодушный голос. София подошла и встала рядом, тоже смотрела Алисе вслед. ― Чего ты ревешь? Думала, она и дальше будет с тобой дружить? Как же! Мы ей теперь не нужны.
Светка подавленно всхлипнула.
– Да ладно! ― рассердилась София. ― Будто в первый раз! Чего реветь из-за нее?
София замолчала, полезла в сумку, достала Светке белоснежный, новенький платок и зачем-то долго смотрела в темную глубину сумки. Потом произнесла медленно, через силу:
– Слушай… я тогда… ну, когда Озарёнок… в общем, вот.
София достала из сумки обгоревшие по краям, но целые тетрадные листы, исписанные Юлькиной рукой. Листы были аккуратно уложены в прозрачный пакет.
– Вот, ― снова сказала София. ― Это не сгорело тогда. Не успело. Я подобрала. Я не читала. Марфуша, отдай ей, ладно?
И она сунула пакет в Светкины замерзшие руки.
– А ты?
– Я не могу, ― нахмурилась София, щелкнула замком сумки и чуть ли не бегом ринулась к остановке.
Светка посмотрела на листы. Машинально прочитала: «Сегодня Лапочка опять доводила Ганеева. Не то чтобы мне нравится Ганеев, но нельзя же так издеваться над людьми…» Светка тут же отвела глаза и спрятала пакет в рюкзак, а потом вернулась к школе и села на холодные ступеньки крыльца.
Алиса всю дорогу оживленно болтала, одаривая Митю сияющей королевской улыбкой. Он проводил ее до самого подъезда, а когда она сказала: «Ну вот, пришли…», ― взял ее за кончики длинных пальцев в дорогих кожаных перчатках и начал говорить. Голос у Мити был серьезный, строгий. Наверное, именно так признаются в любви старшеклассники. Поэтому Алиса даже не сразу вникла в смысл слов и продолжала ослепительно улыбаться. А потом улыбка сползла с ее лица.
– Алиса, ― сказал ей Митя, ― ты очень красивая. Но не очень умная. И все равно постарайся понять и запомнить то, что я тебе скажу сейчас. Юлька Озарёнок ― мой старый друг, очень близкий, почти сестра. И заступаться за нее я буду как за сестру. И люблю я ее как сестру. А как девушку я люблю Марину Шишкину из нашего класса, и ты ничего не сможешь с этим поделать. Запомнила? Такие, как ты, только и умеют, что разрушать. А я ― человек миролюбивый. И мне с тобой неинтересно. Скучно. Но запомни: если я узнаю ― а я узнаю! ― что ты хоть словом, хоть делом, хоть взглядом сама или через других людей достаешь Юльку Озарёнок… Клянусь, ни один мальчишка в школе не захочет с тобой встречаться, даже из пятого класса. Уж я-то постараюсь. Понятно?
Он аккуратно поставил Алисину сумку к ее ногам и ушел. Сердце его бешено прыгало.






