Выходило, что Мирослав вел праздный образ жизни и не вмешивался в большую политику, предпочитая находиться в тени деспотичного папочки.
– Понятно.
Яргуй громко хлопнула в ладоши, и дружинники вмиг пришли в себя.
– Вы, кажется, домой собирались… – робко проговорила жена воеводы и стыдливо опустила взгляд, изображая покорность. – Спасибо, добрые молодцы, за помощь безвозмездную, за беседу дивную, но дальше я сама с хлопотами справлюсь.
– Спасибо, хозяюшка, за водичку. – Мужики быстро засуетились и вышли на крыльцо. В темноте, не разбирая дороги, они побрели в гридницу, пытаясь понять, что на них нашло. Почему жена Ратибора на короткий миг стала для них лучшим другом, которому захотелось рассказать все секреты. Но чем дальше они отходили от дома воеводы, тем сложнее было вспомнить, о чем шла беседа.
Захлопнув за воинами дверь, Яргуй подошла к богатырю, лежащему пластом на животе, и провела рукой по всклокоченным волосам.
– Так ты хотел, чтобы Дуняша тебя трогала? – девушка нежно погладила мужчину по головушке. – Или так? – Яргуй слегка впилась ногтями в кожу. Не больно. Чуть-чуть. – Скажи, любимый. Тебе нравится?
– Дуняша, это ты? – пьяно прохрипел воевода и закашлялся кровью. – Свет очей моих. Я люблю тебя.
– И я люблю тебя, сокол мой ненаглядный, – ответила Яргуй, нежно поглаживая мужчину. – Расскажи, Ратибор, какую мы сыграем свадьбу?
– Самую красивую и самую богатую.
И здесь Яргуй увидела кусочек жизни Ратибора. То, что с ним должно было произойти через год, если бы анчары не вмешалась и не сломали ему судьбу. Яргуй видела глазами воеводы Дуняшу в белом подвенечном платье, расшитом речным жемчугом с драгоценными камнями. Она чувствовала, как быстро колотится сердце Ратибора от счастья.
Прекрасное видение рассеялось, уступив место безмятежному сну.
– Спи спокойно, муж мой.
Засучив рукава, Яргуй вышла на улицу и, сделав несколько круговых движений запястьем, призвала свою помощницу.
– Передай Рафаилу все, что видела и слышала, – серебряный рисунок на руке Яргуй зашевелился и медленно сполз на землю черной змеей.
– Холодно, хозяйка. Ночь на дворе. Совсем сдурела?
– Не ной! Ты и так неделю бездельничала.
Недовольная гадюка прошипела проклятья и тут же исчезла в темноте, а Яргуй посмотрела на звездное небо и тяжело вздохнула. Во что она вляпалась? Непонятно. Но Рафаил точно что-то от нее скрыл. Вопрос только – зачем?
Глава 7
Глава 7
Ратибор проснулся ближе к полудню и еле-еле встал с пола.
– Яр… – запнулся Ратибор и простонал от нестерпимой боли в пояснице. Кто-то явно отбил ему почки и печень. – Твою мать! По мне что, всю ночь Бабайка прыгал?
Он сделал несколько шагов, и каждый из них отдавался мучительной болью во всем теле.
– Вот пакость! Где ты, мерзкая змея? Принеси мне воды.
Но жена ему не ответила.






