ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нелюдь, Бездушный, слуга Бога-Отступника, убийца. Им пугали детей, и даже бывалые воины торопились убраться с его дороги. А он просто шел своим, только ему понятным Путем, к цели, которая когда-то не спросясь сделалась главной. Но однажды все поменялось, когда Кром Меченый увидел Мэй, дочку барона д’Атерна, и спас, потому что она была в беде, а потом еще раз и еще. Так бывает, и тогда событие в настоящем меняет будущее, если кто-то не побоится заглянуть в прошлое. А Мэй не побоялась… Меченый Василий Горъ Нелюдь, Бездушный, слуга Бога-Отступника, убийца. Им пугали детей, и даже бывалые воины торопились убраться с его дороги. А он просто шел своим, только ему понятным Путем, к цели, которая когда-то не спросясь сделалась главной. Но однажды все поменялось, когда Кром Меченый увидел Мэй, дочку барона д’Атерна, и спас, потому что она была в беде, а потом еще раз и еще. Так бывает, и тогда событие в настоящем меняет будущее, если кто-то не побоится заглянуть в прошлое. А Мэй не побоялась… Глава 1 Король Шаграт Второй, Латирдан Пятый день четвертой десятины второго лиственя Глава 1 Король Шаграт Второй, Латирдан Пятый день четвертой десятины второго лиственя Ухо снова обожгло болью. Такой острой, что Шаграту стало не до письма. Аккуратно отложив в сторону перо, он прикоснулся к мешочку с солью, привязанному к щеке, и недовольно поморщился: тот оказался лишь ненамного теплее его руки. – Уже остыл, сир? – поинтересовался телохранитель. – Да. Пусть Риман принесет горячий. Шуго кивнул,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Кром, а ты не закажешь мне воды, чтобы помыться?

Чтобы заказать в покои бочку с горячей водой и завтрак на двоих, причем без пива, мне приходится заплатить половину желтка – то есть раз в двадцать дороже, чем в любом из постоялых дворов, в которых я когда-либо останавливался. На вопрос «почему так дорого» хозяин «Королевского Льва» разводит руками и сетует на недавно закончившийся мятеж и на купцов, задирающих цены на все и вся.

В принципе с ценами на продукты все более-менее понятно. Но чтобы согреть и принести воду, требуется немного – самые обычные дрова и слуга, который ее перетаскает!

– Простите, ваша милость, но дрова в город не везут вообще – сейчас выгоднее торговать доской.

Я немного думаю… и соглашаюсь, ибо знаю, что такое торговля, не понаслышке. Впрочем, настроение слегка портится – с таким уровнем цен прожить в столице месяц-полтора, о которых говорила баронесса, становится проблематично.

«Надо как-нибудь сходить и продать кольца с ожерельями», – решаю я. Потом вдруг понимаю, о чем промолчала баронесса, поднимаюсь в наши покои и удивленно хмыкаю: леди Мэйнария сидит на подоконнике и, закусив губу, собственноручно чистит камзол, купленный нами в Увераше!

– Зачем? – интересуюсь я.

Баронесса поднимает на меня взгляд, и я удивляюсь еще больше – вместо ожидаемого отчаяния в ее глазах горят огоньки мрачной решимости:

– Если отдать его в стирку, то высохнет он только к позднему вечеру. А мне надо во дворец. И чем раньше, тем лучше.

– Оставьте, ваша милость… – бурчу я. – В таком виде можно ехать домой. А на аудиенцию к королю – нельзя…

Баронесса откладывает в сторону камзол, дотрагивается до тонюсенького колечка на среднем пальце правой руки и криво усмехается: – Платья стоят недешево. Даже если я продам родовое кольцо, то куплю разве что поясок…

Я лезу в свою котомку и выкладываю на стол мешок с трофеями:

– Вот. Этого хватит. И не на одно…

Леди Мэйнария краснеет до корней волос и еле слышно шепчет:

– Хорошо… Я возьму… Но с одним условием…

– С каким?

– Когда мы доберемся в Саммери, я верну все, что ты на меня потратишь.

Глава 31 Король Неддар Третий, Латирдан Девятый день третьей десятины третьего лиственя

Глава 31 Король Неддар Третий, Латирдан Девятый день третьей десятины третьего лиственя

На фоне всех остальных дам, присутствовавших на королевском обеде, старшая дочь барона Дамира Кейвази, Этерия, выглядела серой мышкой: более чем целомудренное платье, скрывающее не только грудь, но и кисти рук, аккуратная, без особой вычурности прическа, минимум косметики и украшений.

И вела она себя соответствующе – улыбалась, но не хохотала, пробовала лакомства, но совсем по чуть-чуть, не пыталась ловить взгляды короля и не демонстрировала свои прелести.